Нет, конечно, я мог затаскать его по судам за это, и он бы ничего не доказал, и я бы остался его официальным сыном, но от этой мысли было так тошно, что я решил предложить сделку:
– Расторжение усыновления возможно только с согласия усыновителя, усыновлённого при достижении совершеннолетия и родителя усыновлённого. Ни через какие суды сие действие невозможно, – начал я издалека.
– К чему ты клонишь?
– А к тому, что я с радостью откажусь быть твоим законным сыном, если ты оставишь мою мать в покое. Разве что фамилию оставлю – уж больно хорошо научился свистеть, как ты, – кажется, тупой отчим так и не понял мою шутку.
Несмотря на мои переживания, Ярослав присоединяется к нам в ближайшем ресторане целым и невредимым.
– Что он хотел от тебя, дорогой? – интересуется его мама, озабоченно глядя на него.
– Ничего такого, – Ярослав пожимает плечами. – Всего лишь пригрозил подачей апелляции, судиться до конца, а также расторгнуть усыновление.
– Но последнее невозможно без твоего согласия? – удивился Анатолий. – Какой же редкостный мудак!
– Ну, я сказал ему тоже самое. Сошлись на том, что мы по-быстрому расторгнем усыновление, и он отстанет от моей матери, – после чего Ярослав обращается к ней: – Ты же подпишешь?
– Ни за что! – женщина злится мгновенно, швырнув меню, которое до этого держала в руках. – Он растил тебя, как родного сына! И теперь хочет избавиться, как от мусора?
– Мам, не начинай, а. Я и сам не хочу являться его законным сыном. К чему весь этот фарс? Меня воротит от того, что какой-то Вадим Соловьёв числится моим отцом. Поэтому, пожалуйста, не усугубляй ситуацию и, когда я предоставлю тебе бумаги, подпиши их, – вздрагиваю, потому что Ярослав вновь заговорил холодным тоном, от которого неприятные мурашки по коже.
Не хотела бы я, что бы он хоть раз со мной так заговорил.
– А фамилия… Неужели ты возьмёшь фамилию своего родного отца-алкоголика? – мама сдаётся и вздыхает.
– Ну, по крайней мере, это мой родной отец, – Ярослав пожимает плечами. – Впрочем, мы уже договорились насчёт этого, так что проблем не возникнет.
В который раз поражаюсь его самообладанию. Если бы мне человек, которого я считала отцом, сказал бы, что больше не хочет им являться, наверное, я была бы в истерике. Обязательно напишу смску своим родителям о том, что я их люблю.
– Ладно, если ты настаиваешь – подпишу. Ты хочешь лишить родительских прав и в отношении Светки? – осторожно спрашивает будущая свекровь.
Наблюдать за этой перепалкой уморительно, и мы с Анатолием просто молчим, переводя взгляд с одного спорщика на другого.
– Если понадобится – подпишу. Пока не виду смысла. Но, если что, найду такие неопровержимые доказательства, что ей боже, ему нельзя будет приближаться и на метр.
