Единственная дочь вместе с мужем-офицером и внуками жила под Питером, а потому Сумцов, годившийся своему нынешнему шефу в отцы, опекал ее почти по-отечески: то бутербродом угостит, то кофе приготовит и при этом обязательно поворчит, что чай полезнее. Надо отдать должное, позволял он это себе лишь в отсутствие подчиненных.

— А кто кроме меня, дядя Ваня? — тепло улыбнулась ему Тамара и поставила пустую чашку в посудомоечную машину. — Я пройдусь по двору?

— Пройдись, пройдись, — кивнул он головой. — А то позеленела вся от цифирь.

В двухэтажный коттедж Крапивина переехала со всем своим хозяйством пару лет назад, когда введенные в городе коэффициенты на аренду недвижимости подняли ее стоимость до немыслимых высот.

И было бы за что платить такие деньги: общий туалет на весь немалый этаж, проходная система, отпугивающая клиентов, но не препятствующая доступу «коробейников» и нечистых на руку посетителей. После того как в очередной раз у кого-то из арендаторов вынесли из офиса всю оргтехнику, она последовала совету одного из партнеров: заключила договор на покупку в строящемся здании ста квадратных метров под офис и обратилась в агентство недвижимости. Надо сказать, ей повезло: с ходу нашла вполне приличный коттедж. Согласовав с хозяевами установку решеток на окна, она распорядилась провести мини-АТС, попросила Ивана Ивановича за разумную плату подобрать четырех охранников из бывших военных и с легким сердцем перебралась на новое место.

«Надо поговорить с хозяевами и оборудовать небольшую парковку, — подумала она, выйдя на улицу и хозяйским глазом отметив глубокие следы шин на влажной земле.

 — Заодно все ямы асфальтом засыпать — после зимы по улице не проехать! Так, — взглянула она на часы. — Дождусь посыльного от Плотниковой — и на коттедж».

В половине шестого была назначена встреча с ландшафтным дизайнером, так что домой Тамара вернулась лишь к десяти вечера. Вытащив из кладовки маленький дорожный чемодан, она откинула крышку и вдруг почувствовала, что никаких сил собираться в дорогу уже не осталось. Добравшись до ванной, она смыла с усталого лица макияж, стянула с кровати покрывало и медленно заползла под прохладный шелк постельного белья.

«Инке не позвонила, — с сожалением вспомнила она, чувствуя, как начинает погружаться в зыбучее чрево сна. — Значит, не больно хотела… Ладно, завтра. Все завтра… Даст Бог, свидимся…»"

"…Убаюканная ровным, едва слышным гулом двигателей, Тамара Аркадьевна Крапивина дремала в кожаном кресле самолета и ловила обрывки мыслей. Дав себе установку максимально отключиться от всего, что останется здесь, утром она быстро сложила чемодан, заказала такси и выехала в аэропорт.