Она ответила! Ответила! Она меня хочет! Хочет!

Мне кажется, что этот момент длится и длится, бесконечный какой-то кайф, голова кружится и на ногах еле стою. Нас покачивает в волнах музыки и удовольствия и разорвать это нереально…

Реально.

Радужка внезапно приходит в себя, тормозит и со всей дури кусает меня за губу!

Дикая боль — мгновенный воврат в реальность!"

"Я отстраняюсь, не отпуская, впрочем, кровожадную засранку из своих рук. Не до такой степени болевой порог серьезный, чтоб голову потерять. Но больно, от души грызанула.

Облизываю кровь с губы, усмехаюсь:

— Какой горячий поцелуй! Только вот опыта маловато. Твой жених тебя совсем не учит, Радужка.

— Зато другому научил уже, — рычит она, и, не услышь я только что информацию из первых рук о том, что “невеста” не особо его привечает, наверно, уже охерел бы от ревности. И сейчас-то неприятно, но я сдерживаюсь.

— Потом покажешь обязательно. А пока что папаше своему скажи, чтоб пароль от компа рабочего поменял.

— Чего? — раскрывает она рот, и стоит огромных усилий сдержаться и опять не начать ее целовать. Невероятных усилий, которые никто никогда не оценит…

— Я говорю, что твой “жених” больше интересуется делами твоего отца, чем твоими прелестями, — поясняю я, — мудак, конечно же, как это можно сравнивать…

— Ты чего несешь? — Радужка изо всех сил толкает меня в грудь ладонями, без эффекта, естественно.

— Я сам слышал, как он с кем-то по телефону говорил о том, что никак не может до кабинета твоего отца добраться, потому что ты его морозишь и всего два раза в дом позвала. Плохо учит, Радужка? Может, к рассмотрению моей кандидатуры вернемся?

— Не говори херни! — скалится она, опять толкая меня, — думаешь, поверю? Да тебе вообще верить нельзя!

— Не верь, — соглашаюсь я, — главное, папаше скажи, чтоб проверил своего помощника…

— Да ты… — начинает она, но тут с середины танцпола слышится девчоночий крик, я поворачиваюсь рефлекторно, и в этот момент Радужка вырывается из моих рук.

И тут же растворяется в толпе. Я дергаюсь за ней, но сбоку опять орут, слышится затейливый мат, и голос знакомый.

Отслеживаю радужный всполох в толпе, отмечая траекторию движения, и решаю, что догоню через минуту, а пока надо понять, что там происходит такое?

Глава 39

То, что я зря упустил Радужку из виду, понимаю минут через пять, когда не нахожу ее в лаунже. Ее вещей тоже нет, а Алька, занятая отслеживанием, чтоб Немой не вперся в очередную историю, только неопределенно пожимает плечами:

— Вроде, домой поехала с парнем своим… — и, не удержавшись, качает головой, — дурак ты, Сомик…

— Сам в курсе, — хмуро отвечаю я, киваю, прощаясь, Немому, пристально наблюдающему грандиозную разборку в самом центре танцпола, которая меня, собственно, и отвлекла от Радужки.