Но он-то знал, что это не так и не чувствовал никакого раскаяния — Джесси хорошо умела заставлять людей плясать под ее дудку, Уэбб изучил все ее уловки, ее характер маленькой ведьмы и был доволен, что ему удалось заставить ее смириться. Его сердце забилось чаще от возбуждения и ощущения победы: внезапно он почувствовал, что может держать Джесси в руках. Постепенно их детские отношения менялись и уходили в прошлое, а их место занимали сложные и переменчивые отношения между мужчиной и женщиной, и теперь этот процесс завершился. Он посмотрел на мрачное лицо Джесси с оттопыренной нижней губкой, и ему захотелось поцеловать ее так, чтобы она забыла, на что дуется.

Джесси должна стать его. Понадобится много трудов и сил, чтобы обломать злую испорченную девчонку, но однажды он это сделает. В ту ночь, когда произошла автомобильная катастрофа, у него с тетей Люсиндой состоялся долгий разговор. Они были одни наверху. Тетя Люсинда тихо плакала, и Уэббу понадобилось собрать всю свою храбрость, чтобы подойти и обнять ее. Тогда она зарыдала так, как будто у нее разрывалось сердце, ее горе наконец вырвалось наружу.

Но потом она взяла себя в руки, и они вдвоем просидели до рассвета, разговаривая приглушенными голосами. Люсинда всегда была мужественной женщиной с большим запасом нравственных сил, и теперь она решила потратить их на то, чтобы обеспечить будущее семьи Давенпорт. Ее сын Дэвид, в котором она души не чаяла и который должен был унаследовать все ее состояние, в том числе поместье Давенкорт, погиб. Свою дочь Джанет она любила не меньше, но ее невозможно было представить владелицей такой собственности, слишком велик груз ответственности. Джанет была тихой и замкнутой женщиной, в ее глазах читалась затаенная боль, которая, казалось, никогда ее не покидала.

Уэбб подозревал, что ее печаль была связана с отцом Джесси, о котором никому ничего не было известно. Джесси была внебрачным ребенком, и в свое время это послужило причиной большого скандала, но сплетни никогда не выходили за пределы семейства Давенпортов, и местное общество было вынуждено принять мать и ребенка, чтобы не навлечь на себя гнев одного из влиятельнейших и богатейших семейств округа.

Но теперь, после гибели своих детей, Люсинда считала, что должна устроить судьбу громадной собственности семейства.

Кроме поместья Давенкорт, семья владела акциями предприятий, недвижимостью и фабриками, банками и ресторанами. Состояние Давенпортов было так велико, что требовался ясный и быстрый ум, твердая и безжалостная рука, чтобы управлять им.

Уэббу было всего четырнадцать, но на следующее утро после долгого ночного разговора тетя Люсинда позвала своего адвоката и назначила Уэбба главным наследником всего своего огромного состояния.