Продолжать разговор с мужем дальше она не могла: боялась сорваться – накричать или разрыдаться.

Оля вернула телефон Максу, села на диван к сыну и вдруг, уронив голову на сцепленные руки, чуть слышно простонала:

– Господи, ведь это никогда, никогда, никогда не кончится!

В совершенной растерянности Белов опустил руку с трубкой на диван. Напротив него сидел голый по пояс Фил и пытался здоровой правой рукой (перебинтованная левая висела на перевязи) выковырять с помощью отвертки расплющенные пули из пластины раскуроченного бронежилета. Короткие гудки из трубки в руке Белова привлекли его внимание.

– Что, психует? – кивнул на трубку он.

– Так… – неопределенно ответил Саша.

– Понятно… Баба есть баба, что с нее взять? – улыбнулся Фил. – Сань, а с чего, вообще, такой кипиш: всем на дно, мобилу отключить, никому не звонить?

Саша, не глядя, протянул руку назад и положил трубку на стоящий на табуретке аппарат.

– Есть маза, что ноги у этого дела с Лубянки растут, – неохотно объяснил он.

– С Лубянки?! – поднял голову Фил. – Я ж тебе говорил про «Белую стрелу», а ты смеялся!

– Фил, «Белая стрела» – это фильм про индейцев киностудии ДЕФА… – с легкой досадой поморщился Саша. – С Гойко Митичем в главной роли…

Фил безнадежно махнул здоровой рукой.

– Да тебе разве что докажешь!

– Федералы сами пачкаться не будут, они через третьи руки работают, – задумчиво продолжал Белый. – Может быть, это даже… Космос…

– Ты что, предъявляешь? – мгновенно насторожился Фил.

Он отложил в сторону пластину бронежилета, встал и подошел к Саше.

– Да нет, – опустив глаза, пожал плечами Белый. – Я только предположил…

– Брат, погоди, Космос не при делах… – недоуменно покачал головой Фил.

– Может быть… – Белов отвернулся и после короткой паузы добавил: – Я сейчас никому не верю…

На столе рядом с фотографией Сашиного отца стояла накрытая пирожком с морковкой стопка водки. Укрывшись пледом, Татьяна Николаевна лежала на диване и смотрела телевизор. Она ждала новостей о сегодняшней перестрелке – вдруг там скажут что-нибудь новое. О покушении на ее сына сообщалось в каждом выпуске, но ничего, кроме того, что она видела своими глазами, в этих сообщениях не было. Наконец, на экране появились кадры со знакомой картинкой ее двора, и зазвучал комментарий ведущего. Его голос казался Татьяне Николаевне холодным и равнодушным:

«По свидетельствам очевидцев, события развивались следующим образом. Около пяти часов вечера во двор въехал автомобиль известного бизнесмена Александра Белова. Когда Белов и его помощник Филатов направились к подъезду, по ним с трех сторон был открыт огонь из автоматического оружия…»

Опять ничего нового… Вдруг зазвенел телефон. Татьяна Николаевна тяжело поднялась с дивана и сняла трубку.