Развод со зверем

Выглядела она как президентский номер — ковры, кресла, барная стойка и стол, а также аквариум в пол стены, заменивший окно. У меня пересохло в горле от происходящего.

— Я бессилен, — донеслось до меня вдруг так неожиданно, что я сбилась с шага. Этот голос заставил забыть обо всем — и о странном месте, и о собственном выражении лица.

Комната отдыха отделялась от зала совещаний прозрачной дверью и оказалось соответствующей всему увиденному ранее. Окон тут не было, но иллюзия дневного света поддерживалась умелым искусственным освещением. За круглым столом расположилась команда врачей, судя по форме, у входа — неизменная охрана с серьезными лицами.

— Все, что требовалось от ваших спецов — начать непрямой массаж сердца, — продолжал мужчина, — обеспечить проходимость дыхательных путей и использовать дефибриллятор правильным образом. А вы что сделали?

И не сказать, что он кричал, но от его голоса хотелось провалиться сквозь землю, сдать задом до ближайшего канализационного люка и никогда больше не заходить в операционную. Меня провели к столу, и только заняв свое место, я подняла глаза.

Сразу стало понятно, что имел ввиду Сава, когда говорил, что взгляд у этого Князева, мягко сказать, тяжелый.

А меня вдруг как-то неожиданно на нем заклинило. Нет, этот был настоящим профи — сомневаться не приходилось. Уверенность и призрение ко всем в комнате перли у него из каждой поры. Одет по деловому — рубашка с ослабленным воротом и пиджак. Дальше было не видно, но сомневаться не приходилось — там полный комплект уверенного в себе богатого мужика со сногсшибательной внешностью. Такой не будет домогаться бледно-рыжую подчиненную и потом увольнять ее за то, что не дала залезть к себе в трусы. За такими женщины сами бегают толпами. Князев же еще и укомплектован точным пониманием того, сколько стоит каждая его минута. Он не хочет быть здесь, не ждет вразумительных ответов на свою критику и презирает каждого, кто тут сидит. Деньги его вообще не интересуют. Идеальный вариант, чтобы растоптать все то, что от меня еще осталось. К счастью, он не смотрел на меня и вообще не придал значения моему появлению.

Но тот, к кому было обращено его внимание, выглядел соответствующе — его лысина блестела от пота, рот приоткрыт, а пальцы отстукивали подушечками нервную чечетку по столу.

При этом он был старше Князева и, уверена, ненавидел его сейчас очень сильно.

— Алексей Антонович, у вас есть комментарий по ситуации? — взял голос мужчина, сидевший так, что мне не было его видно прежде. Пришлось слегка податься вперед.

Говоривший оказался единственным в деловом костюме помимо Князева. И ему в глаза вообще не хотелось смотреть никогда в жизни. Что у них тут за заседание богов? Куда я попала?

— Наша ошибка, Лев Давидович.