Спускаясь к тебе

– Если бы я тебя раздел, ты сейчас так не бесилась бы, это точно.

Во рту становится сухо, в мозгу, будто выхваченные из тьмы вспышкой камеры, мелькают картинки: вот он снимает с меня блузку, стаскивает через голову, его руки на моей коже, его тело прижимается к моему, губы так близко, что я почти могу попробовать их на вкус. Всего-то и надо, чтобы весь гнев забылся.

Я смотрю на парня с открытым ртом – опять, а он заправляет в брюки рубашку. Справившись с задачей, делает шаг ко мне. Я стою неподвижно. Его ухмылка превращается в соблазнительный изгиб, от которого мои колени слабеют.

Я совершенно зачарована и смущена тем, в какое возбуждение приводит меня его шепот. Парень говорит мне прямо в ухо:

– Ты бы лучше закрыла рот и не искушала меня, а то не удержусь от поцелуя. Вот тогда тебе и правда будет о чем переживать.

Я втягиваю воздух. Меня шокировала не его фраза, нет. Мне действительно хочется, чтобы он сделал то, о чем говорит. Это факт. От одной мысли об этом у меня напрягается живот.

Парень отклонился назад и посмотрел на меня сверху вниз. Не знаю почему, но я плотно сжала губы.

По его лицу волной прокатывается разочарование.

И это вызывает во мне какую-то извращенную радость.

– Тогда, может быть, в другой раз, – говорит парень и подмигивает мне. Откашливаясь, делает шаг назад и смотрит влево. – Леди, – произносит он, кивая девушкам, которые не обращают на него ни малейшего внимания, потому что наблюдают за Джейсоном, дразнящим Шоуни своим уже обнаженным торсом. Тогда мой незадачливый партнер смотрит на меня и говорит, намеренно с южным акцентом: – Мэ-эм.

Отрывисто кивает, разворачивается, открывает дверь и выходит из комнаты, тихонько притворяя ее за собой.

Никогда прежде я не испытывала такого сильного искушения броситься за кем-либо вслед.

С трудом разлепляю веки, готовясь к тому, что в голову вонзятся острые ножи. Однако ясный сентябрьский свет, льющийся в комнату через окно, не вызывает болезненных ощущений. Странный случай: похмелье, какого еще не бывало. Но я рада.

Тем не менее боль ощущается – ее вызывают воспоминания об унижении, испытанном вчера вечером. Они возвращаются ко мне очень быстро, вместе с образом Кэша – ослепительного владельца клуба.

В голове всплывают живописные подробности – высокий сильный парень с прекрасным лицом и совершенным телом. И улыбкой, за которую можно умереть. Я перекатываюсь на живот и утыкаюсь лицом в подушку.

О мой бог, он был такой обалденный!

Даже сейчас я жалею, что он не поцеловал меня. Глупо, но это могло сделать мое фиаско не таким… полным.

Ругая себя, переворачиваюсь обратно на спину и устремляю взгляд в потолок. Я достаточно умна, чтобы осознать, когда проигрываю из-за одной своей серьезной слабости.