Видно, плохо он старался, если она так быстро взяла себя в руки, подумал Давид, нажимая на кнопку приёма вызова.
— Да?
— Па-а-ап!
— Лиль? Случилось чего? — Давид всерьёз обеспокоился и даже встал с дивана, сам лишая себя Бэллиной близости.
— Ну… это как сказать? Я тут к тебе нагрянула. А тебя дома нет.
— Нагрянула? Сейчас сколько?
— Двенадцати ещё нет. Мы были в клубе, Сенька мне опять испортил настроение. Ну я и смоталась. А потом только поняла, что от клуба до твоей квартиры рукой подать. И подумала, а почему бы мне к тебе не зайти?
— И правда… — вздохнул.
— А что, не стоило?
— Стоило прежде позвонить. Но раз ты здесь, чего уж. Жди.
— Долго ждать-то?
— Буквально пару минут. Ну, всё. Давай.
Конечно, не думай он сам, что им с Бэллой не мешало бы притормозить, Лилька бы пошла куда подальше. Но… в данном случае Давид посчитал её появление знаком свыше.
— Это дочь звонила, — пояснил он. — Она сюда нагрянула, была где-то поблизости и вот…
— Понятно. Тогда я тебя провожу? Или не надо?
— Почему не надо?
— Потому, что тогда она меня увидит.
— И что? Я не собираюсь тебя ни от кого прятать. Хочется ей — пусть смотрит.
Давид как раз обувался, поэтому чуть пропустил момент, когда лицо Бэллы изменилось. А к тому моменту, как он выпрямился, ей удалось собой овладеть. Он не увидел ни недоверия, ни страха, ни болезненной, совершенно детской какой-то беспомощности.
— Хм…
— К тому же, думаю, она для этого и припёрлась.
— Для того, чтобы посмотреть на меня? — изумилась Бэлла. — А как она вообще обо мне узнала? Ты же не мог ей сказать.
— Почему?
— Потому, что между нами ничего не было!
Гройсман обнажил в улыбке крепкие белоснежные зубы и вздёрнул вверх чёрную бровь.
— Да-а-а?
— До сегодняшнего вечера — так точно.
— Ну, видно, моя Любка раньше нас поняла, что будет. От неё Лилька всё и узнала, как я полагаю.
— Прекрасно, — сухо прокомментировала его ответ Бэлла. — Вокруг одни экстрасенсы. Может, ты тоже из них?
— Может. А что бы ты хотела узнать? Что ждало бы нас впереди, если бы не Лилька?
— Ничего бы не было!
— Если бы ты не захотела, то, конечно, не было бы. Но ты же была не против, а, Бэлла? Подумай об этом, хорошо?
— Я не знаю…
— Ты — может быть. А твоё тело знает точно. И выдаёт все твои желания. Посмотри. — Давид взял Бэллу за руку, поставил её перед собой, повернув к высокому зеркалу. — Они тебя выдают, — впервые провёл подушечками больших пальцев по её соскам, натянувшим трикотаж футболки, выбивая из неё частые рваные вдохи. — И там… Ты же наверняка мокрая…
— Ты правда хочешь это обсудить? Сейчас, когда за дверью тебя ждёт взрослая дочь?
— Зачем же? У нас впереди куча времени, — не остался в долгу Давид, и, насвистывая, пошел к двери.
Глава 10
— Привет, полуночница!
— Ну наконец-то.
