– Такие дела просто так не забываются, – снова вздохнул Мишка, подвигая к себе миску со щами.
Поев, а точнее, объевшись до сонной одури, но так и не притронувшись к водке, он отвалился от стола, сыто отдуваясь.
– А как было-то всё, сынок? – осторожно спросила тётка, не сдержав любопытства.
– Повезло, что пластуны те места как свой кисет знают. Обошли короткой дорогой да переняли, до того как похитители с основной бандой сошлись. Ну, а после уже и до самой банды добрались.
– Господи, зачем же рисковать так было? – охнула тётка.
– А затем, что не успели бы мы уйти, – вяло огрызнулся Мишка. – Догнали бы нас. А так по частям их одолели.
– Выходит, и вправду тебя достать хотели? – испуганно спросила Настя.
– Угу. Да только желающего я лично в контрразведку спровадил. Уж там его быстро до донышка вывернут, – злорадно пообещал парень. – Забыли, сволочи, что война идёт. А в военное время такие шутки даром не проходят.
– И чего они к тебе привязались? – растерянно спросила Глафира.
– Изобретатель потому что. А иностранцам такие люди нужны. Умыкнут и заставят на себя работать. Навроде раба.
– Господи спаси! – перекрестилась тётка. – А с ребёнком как же? – кивнула она на уплетающую пирог с ягодой Танюшку.
– А чего церемониться, когда уже спеленали? – пожал парень плечами. – Там бы и продали, кто больше даст. Им она не нужна.
– Господи! – повторила тётка, всхлипывая.
– Всё, не голоси, – отмахнулся Мишка. – Просто запомните обе. Не бывает так, чтобы кого-то пытались просто так на ту сторону тащить. Или на мясо, как каторжные, бывает, уводят, или на продажу. Как со мной.
– Миша, а как дальше-то будет? – решившись, спросила Настя.
– А как раньше было, – пожал парень плечами. – Вы своими делами занимаетесь, а я своими. Благо задумок ещё много.
– Миша, а может, бросил бы ты это изобретательство? – неожиданно предложила Глафира. – Ну его. Глядишь, и отстанут.
– Поздно бросать, – качнул Мишка головой. – Да и незачем. Это изобретательство всех нас, считай, кормит. Как и охота. Но с него нам тут уважения больше. Думаешь, будь я просто следопытом, пошли бы пластуны за мной? Нет. Я ведь тут ещё и оружейник. А одного без другого не бывает.
– Это как? – не поняла Глафира.
– Ну, толковый оружейник он ещё и обязательно изобретатель. Пусть не всё подряд переделывает, но обязательно думает, как что-то сделать так, чтобы больше не ломалось или удобнее стало.
– Это что ж теперь, нам всю жизнь бояться? – растерялась женщина.
– С чего бы? – не понял Мишка. – Сказано было, живём как жили. Просто за детьми в семь глаз смотреть да за плечо оглядываться чаще. А с остальным я сам разберусь, – жёстко пообещал он. – Ваше дело – дом да дети. Собака на дворе есть. Ежели что, шум поднимет.
