— Нина, да он наверняка всё не так…

— Он сказал, что эскизы панно согласовали с заказчицей! — выкрикнула я, не в силах больше слушать это наглое враньё. — А я, представь себе, в этой схеме всего лишь исполнительница. Никак не заказчица. Где-то ты, Егор, тут по-крупному просчитался!

Я сорвалась с места, будто кто-то невидимый толкал меня отсюда, к двери. Но выскочить из спальни всё-таки не успела.

Муж подскочил ко мне раньше. Перехватил за запястье и рванул на себя:

— Нина. Нина, постой! Постой, прошу тебя, и дай мне всё объяснить!

Глава 11

— Нечего тут объяснять! — пытаюсь вырваться из его хватки

— Давай это я буду решать! Если я сказал, что хочу объясниться, то будь добра выслушать!

Раньше меня грела мысль о том, что Егор всегда поступал уверенно и решительно. Но сейчас поняла, что эта его черта может играть не только во благо.

— Егор, мне больно.

Муж косится на мои руки, но попыток облегчить мне участь не предпринимает.

— Я знаю.

По позвонкам ползёт скользкий холод. Я только сейчас понимаю, что осталась наедине с разозлённым мужчиной. Я так привыкла считать его родным, так привыкла думать, что в безопасности…

Я ведь верила ему. Я жизнь своего сына ему доверила!

Да и как не доверить. Когда все вокруг только и твердили о его гениальности? Когда те доктора, к которым мы без толку обращались, именно его мне и рекомендовали!

До этой минуты я и помыслить не смела, что он может намеренно причинить мне боль.

А Егор будто читает мои всполошенные мысли:

— Это не значит, что я хочу делать тебе больно. Просто сейчас это единственный способ заставить тебя меня выслушать.

— Ты… у тебя очень странные выводы.

— Просто выслушай, хорошо? И я отпущу тебя. Обещаю.

Мне ничего не остаётся. Киваю, судорожно соображая, что буду делать, если ему что-нибудь ещё не придётся по вкусу.

Егор раздражён, немного взволнован и выглядит неимоверно уставшим. Вот только я не готова испытывать по этому поводу никаких угрызений совести.

Я тоже вымотана. Тоже устала.

И это не он застал меня на рабочем месте в объятиях горячего ассистента.

— Я не собираюсь отнекиваться.

К горлу подкатывает желчь. Ну вот, маски сброшены. Он больше не собирается лепить смехотворные оправдания…

— Алекс правду сказал. Мой старший брат вообще на враньё не способен. Считает ложь ниже своего достоинства."

"И это чистая правда. Мой деверь никогда не скрывал своего ко мне отношения. И я с запоздалым удивлением поняла, что даже в чём-то ему благодарна. Он не прятал яд за улыбками. Он открыто давал мне понять, что на дух меня не переносит.

— А я, Нина, считаю, что иногда ложь всё же нужна.

— Вот как… — я немею, двигаются только губы.

— Да, я так считаю.