Почувствовали то, что чувствовала я, когда проснулась и не знала — кто я, зачем, и почему сердце болит так, будто его выжгли.

— Они не поймут, — тихо говорит он. — Такие люди редко понимают, пока не теряют всё.

Я долго молчу. Потом поворачиваюсь к нему:

— Пусть. Зато моя совесть чиста.

Он смотрит на меня, не отвечает сразу. Затем чуть улыбается — легко, без иронии, без маски:

— Я понял одну вещь.

— Какую? — спрашиваю я, устраиваясь на подушках. Этот разговор выжал меня до последней капли. Веки тяжелеют, глаза сами норовят закрыться.

— Иногда… — он делает паузу, — тебе нельзя оставлять выбор.

Я приоткрываю один глаз, едва заметно хмурюсь.

Он продолжает, всё так же спокойно:

— Ты не умеешь беречь себя. Но я умею. Значит, придётся — за нас обоих.

Его голос обволакивает, как тёплое одеяло. И только сейчас я позволяю себе закрыть глаза — зная, что он рядом.

137. Время платить

Я просыпаюсь ближе к вечеру. В палате тихо.

На тумбочке — булочка и остывший чай.

Ривз стоит у окна, разглядывая облака за стеклом. Его силуэт — словно вырезан из света и тени: высокий, собранный, спокойный.

— Нам пора, — говорит он не оборачиваясь. — Но сначала поешь.

Киваю и быстро справляюсь с булочкой, запивая сладким, уже холодным чаем. Горло сухое, но еда возвращает ощущение жизни.

Ривз поворачивается. Из внутреннего кармана он достаёт кольцо с рубином — тот самый артефакт.

Камень в оправе мягко пульсирует, словно отзывается на его прикосновение.

Ривз становится в центре палаты.

— Мы очутимся в разных концах Империи, Ири.

Он делает паузу.

— Тебя он вернёт к твоему телу. А меня — туда, где ждёт Фехос.

Я киваю. Медленно. Но уверенно.

— Увидимся? — спрашиваю.

Ривз чуть улыбается.

— Я найду тебя. Всегда.

С рубина срывается магия. Пространство дрожит. Свет сгущается, становится вязким, переливается, как расплавленное стекло.

В центре комнаты, между капельницей и креслом, ткань мира начинает складываться внутрь себя.

Сначала — тонкая трещина в воздухе, будто кто-то разрезал пространство невидимым лезвием. Затем — разлом растёт, закручивается спиралью, и в неё затягивает свет, тень, звук.

Воздух внутри портала мерцает, как вода, отражающая ночное небо.

Там — не цвета, а ощущения: ослепительный холод, неяркое тепло, шёпот голосов, которых уже нет.

Магия внутри течёт, как медленно вращающаяся галактика, и в самом центре — спокойное, ровное свечение.

Когда я делаю шаг ближе, волосы вздымаются, как на ветру. Кожа чувствует ток — магический, живой.

Мгновение — и я знаю: если войду, пути назад не будет.

— Ирис! — голос Ривза звучит резко. Он хватает меня за запястье, не давая сделать шаг.

Кожа обжигает, будто под ней вспыхнуло серебро.

— Что ты… — начинаю, но замолкаю.

Он отдёргивает руку.