Обозвав мерзкого старикашку последними словами (мысленно, прости, Господи, конечно!), я приняла решение, что стоит вмешиваться, необходимо спасать ситуацию. Генерал демонстративно не обращал внимания на мое появление. Поэтому я сама себя пригласила к столу. Села рядом с Дитрихом и весело сказала:
- А я бы съела этой горячей каши! Посмотри, она ещё и с маслом...
Слуга, кинув осторожный взгляд на старика – не брызнет ли он на него ядом, как кобра, начал накладывать мне в тарелку кашу. Я тут же молча подсунула и тарелку мальчика. Слуга замялся, но мой строгий взгляд помог лакею решиться. Каша и правда была горячая, с желтеньким кусочком масла сверху, и дико вкусная. Хотя, мне сейчас, с голодухи, абсолютно всё показалось бы вкусным, даже стряпня нашей поварихи. Я вздохнула, засунув воспоминания о прошлой жизни глубоко внутрь, и обратила внимание, что мальчику кашу ещё и сиропом полили. Ага, сладкоежка он у нас! Старик снова скривился, на сей раз видя, как мы вдвоём уплетаем ароматную кашу. Но мужественно молчал до тех пор, пока лакей не склонился ко мне, чтобы узнать, что я буду - чай или же кофе желают госпожа графиня. Я приветливо ответила, что она желает кофе, а молодой человек слева от меня, наверное, будет горячий шоколад. Дитрих радостно закивал головой. Генерал фыркнул:
- Госпожа графиня! Девчонка из провинции! Вот моя Тильда была настоящей графиней, с манерами...
Ну все! Достаточно он пытался оскорбить меня. И я спокойно ответила, в душе желая свернуть старикашке куриную шею:
- Графиня я по рождению, и вам, господин генерал, хорошо об этом известно. Давайте поговорим про благородство и древность моего рода после завтрака, когда у Дитриха будут занятия. А потом я хотела бы, чтобы он мне показал окрестности имения.
Генерал что-то злобно пробурчал себе под нос, быть может, желая оспорить моё высказывание, потом громко сказал:
- Раз уж вы решили тут править, то мне не хватает прислуги. Категорически не хватает, госпожа графиня, - последнее старик выкрикнул с некоторым злорадством. - Пришлите ко мне Магду!
Я вспомнила, что девушка отзывалась со страхом о генерале и радушно улыбаясь, ответила:
- Магда моя личная горничная и более никому не служит. Я так хочу. Да и мне её помощь просто решительно необходима. Возьмите кого-нибудь другого из прислуги!
При этом я мысленно подумала, что этот «кто-то» вряд ли очень образуется моему распоряжению. Но, возможно, я смогла бы чем-то облегчить жизнь бедняги, об этом нужно крепко подумать. Я уже выходила из-за стола, вострый гувернер Дитриха предусмотрительно увел наевшегося мальчика. Лакей с тележкой тоже стоял у дверей, когда у старика перекосило лицо и послышался грохот.
