Но расслабляться рано.
Во-первых, я не верила, что Кэти так легко выпустила меня из своих загребущих лапок и помахала платочком вслед. Ей выгодно, чтобы я исчезла, но… но все равно ухо стоит держать востро.
Во-вторых, сейчас наступает самый сложный этап. Нужно найти и вытащить детей. А я… не помню практически ничего о жизни Элис, придется ориентироваться на месте.
— «Сладкие грезы»! — скомандовал кучеру громила, и мы тронулись.
В последний момент, когда я бросила взгляд на особняк лорда Мэлори, освещенный фонарями — со стороны он казался еще более огромным, чем изнутри, — мне показалось, что дверь открылась, и на порог вышла высокая фигура.
Лорд Мэлори? Увидел, что меня нет?
Спустя секунду особняк уже исчез из вида, ни криков за спиной, ни шума я не услышала, и облегченно выдохнула."
"Несколько минут мы ехали по, вероятно, самому дорогому району города: ровная брусчатка, по которой цокали лошадиные копыта, яркий свет фонарей (то ли керосиновых, то ли зачарованных — я не знала), высокие особняки с обеих сторон дороги.
Затем дома стали выглядеть поскромнее, фонари попадать пореже, а потом мы и вовсе свернули в какой-то закоулок — единственным источником света остался фонарь, который кучер зажег рядом с козлами кареты.
Спустя еще какое-то время впереди послышался шум, множество людских голосов, музыка, вскрики, а затем я зажмурилась от яркого света.
— Портовый квартал, — поморщился один из громил. — Мы почти на месте.
Я осторожно выглянула в окно. Да, ночная жизнь здесь кипела. Повсюду огни, толпы людей, фокусники и уличные музыканты, запах вина и жареного мяса, распахнутые двери забегаловок и…
— Приехали.
…И борделей.
Вывеска «Сладкие грезы» выглядела почти сдержанно, но несколько полуголых девушек у распахнутой настежь двери точно не дали бы ошибиться.
— Что дальше? — спросил у меня громила.
— Ждите здесь.
Нужно срочно вытаскивать отсюда детей, им здесь не место. Да как минимум потому, что ночью надо спать, а в таком шуме это точно невозможно. О причинах похуже я предпочитала не думать.
Прихватив изрядно потяжелевшую корзинку, я выскользнула из кареты и, надвинув капюшон на лицо, направилась к двери.
— Эй, красотка! — звонким, как колокольчик, голосом окликнула меня одна из девушек. — Не хочешь немного ласки?
Однако.
Оказавшись внутри борделя, первый этаж которого выглядел как забегаловка с очень вольными нравами, я огляделась.
Что ж. Мадам Роза выделялась даже среди такой пестрой обстановки. Я направилась к барной стойке, где она сияла светом своего на этот раз серебристого платья, — и тут кто-то схватил меня за плечо.
— Элис! — воскликнула та же девушка с голосом-колокольчиком.
