Элис мне снилась потом, каждую ночь. А потом появилась на пороге.

Истинная.

Проститутка, которая меня обманула.

Отлично.

От злости и желания внутри все переворачивалось.

Обнаружив, что она сбежала, я готов был весь особняк сравнять с землей. Да как она посмела? Кем себя возомнила?

Пускай только ее мои люди найдут. Верну — и прибью.

Замерев на пороге кабинета, я прикрыл глаза: на этот раз вспышка боли длилась тридцать одну секунду. Рекорд.

— Директор Мэлори, — раздался голос секретарши из стоящего на столе звукового артефакта. — К вам посол от его величества.

— Пускай подождет, — бросил я, выходя из кабинета и быстрым шагом пересекая приемную.

— Но посол!.. — в спину мне крикнула секретарша.

— Раз не сам король — то несколько минут может подождать.

Выйдя в коридор, я тут же принялся про себя считать. В другое время вовсе старался бы лишний раз не шевелиться, но сейчас были дела поважнее того, чтобы изображать из себя престарелую девственицу с мигренью: наведаться в комнату младших мальчишек и разыскать Рольфа.

— Ты идти-то можешь? — раздался рядом обеспокоенный мужской голос.

Вот любят некоторые задавать идиотские вопросы.

Откуда только взялся?

— Седрик, стой!

Ну, покомандуй мной еще.

— Седрик! Как твой личный целитель — я приказываю остановиться!

— Что-то ты, целитель, не стеснялся тащить меня в бордель «развлечься».

Гидеон хмыкнул:

— Конечно, ты видел, какое у них представление? Кстати, у меня есть информация о твоей истинной… Элис, кажется? Как ощущения, к слову? Вся столица судачит, что тебя бросила в день свадьбы твоя истинная, еще и какая-то про…

— Какая у тебя есть информация? — не обращая внимания на очередную вспышку боли во всем теле, перебил я. — Где Элис?

Глава 11

Гидеон побледнел, попятился, его глаза испуганно расширились. Проклятие. Сжав кулаки, я заставил магию, которая за мгновение заполнила собой весь коридор, вернуться в тело и сжаться.

— Где Элис? — уже спокойнее спросил я.

Гидеон, который успел втянуть голову в плечи, выпрямился и нервно усмехнулся. Он был невысоким, зато голубоглазым — именно голубизна глаз и их наивный, какой-то беспомощный блеск привлекали барышень от семнадцати до семидесяти. Гидеон охотно этим пользовался и на каждой обещал жениться. Собственно, количество женщин, которые хотели бы его убить, росло с каждым годом в геометрической прогрессии.

Он не был драконом и даже не имел титула — родился младшим сыном какого-то барона, — но это был единственный человек, которому хватало смелости говорить мне в лицо правду.

И, зараза, целителем он был хорошим, так что я нанял его следить за здоровьем у учеников школы. Минус у этого был только один: Гидеон был уверен, что обязан следить и за моим здоровьем тоже.

Хотя его никто не просил.