Было странно видеть белоснежную и тонкую посуду после деревянной ложки и засаленной прихватки, но я невозмутимо разделила омлет на порции и выложила на тарелки. На разрезе омлет был пористым, как губка. Украсить бы его обжаренным шалфеем - и можно подавать в элитном ресторане.
Судья отказался от угощения, но когда старуха поднесла ему блюдце, взял его.
- Ложки остались только деревянные, - буркнула мамаша Жо, раздавая нам столовые принадлежности, взяла свое блюдце и уселась обратно на лавку, вытянув ноги, а потом принялась уписывать омлет так, будто не ела неделю.
Поколебавшись, судья тоже попробовал кусочек, а потом ещё один, и ещё, и только я не могла заставить себя проглотить хоть крошку.
- Вкусно, - похвалил судья. - Спасибо, хозяйка.
Несколько замечательных минут он молчал, поглощая омлет, а доев, поблагодарил ещё раз.
- На здоровье, - ответила я радушно и не менее радушно предложила: - Позвольте, я вас провожу? Вы же торопитесь, наверное. И так много времени потеряли с нами.
- Не потерял, - он поставил пустое блюдце и положил ложку. - Я нарочно заехал к вам. Хотел кое о чем спросить.
- Она чуть не утонула, - хмуро заявила Жонкелия, не поднимая глаз от тарелки.
- Не волнуйтесь, надолго не задержу, - голос судьи опять стал бархатисто-мягким, и ничего хорошего этого не обещало. - Мамаша, оставьте нас, будьте добры. Хочу поговорить с хозяйкой наедине.
Наедине! Я чуть не уронила ложку. Не желала я говорить с ним наедине!
- Дайте ей отдохнуть... - забубнила старуха, но судья решительно прервал её.
- Сходите в огород, мамаша, - сказал он тем же тоном, каким я предлагала его выпроводить.
- Проверьте, как репа растет.
Жонкелия со стуком поставила блюдце на лавку, тяжело поднялась и пошла к выходу, предоставив мне выплывать самой.
Мне стало холодно, хотя от печки тянуло жаром. Отказаться? Упасть в обморок? Убежать и спрятаться?.. Но я продолжала сидеть, спрятав босые ноги под подол платья. Судья подкинул в печь ещё пару поленьев, дожидаясь, когда мамаша Жонкелия уйдет подальше, а потом произнес:
- Не хотите рассказать мне правду?
Глава 2. Мельник Бриско и его курочки
Какую правду? Что я - не Эдит? Или есть ещё какая-то правда, связанная с покойницей? И что же мне ответить? Или не отвечать?.
- Какую правду? - спросила я, прикинувшись наивняшкой. - Господин судья, я ничего не скрываю.
- Вам кто-то угрожает? - он посмотрел на меня в упор.
Глаза черные, темные, как у цыгана. Я утонула в них почище чем в озере Ллин Пвилл. Ресницы были длинными и пушистыми, как у девушки, и я совсем некстати вспомнила старинную валлийскую загадку про такие глаза и ресницы: вокруг озера камыш растет.
Ой! Ну дались мне эти озера!..
