Неверный отец. Счастье в конверте (СИ)

Неверный отец. Счастье в конверте (СИ)

Пока нет оценок
— Ты сделал тест на отцовство? Не лги, что нет... К тебе на смену поступила пациентка, которая твердила, что носит под сердцем твоего сына, и ты просто забыл об этом? Отмахнулся? Не верю! — Да, сделал, — Герман перебивает меня прямым выстрелом в сердце. — И? Душа вдребезги, ладонь судорожно сжимается на ткани халата внизу ноющего живота, внутри которого зарождается маленькая жизнь. Узнает ли он о моей беременности — зависит от его ответа. — Вероятность отцовства девяносто девять и девять процентов, — каждое слово отзывается болью в груди. — Но, послушай, Амина, все не так… Не слышу больше ничего. Белый шум. У моего будущего мужа родился ребенок от другой... Срываю с шеи цепочку, на которой в рабочее время вместо кулона ношу свое помолвочное кольцо. В сердцах отшвыриваю на стол. И не узнаю собственного голоса, когда морозным тоном цежу: — Свадьба отменяется! Я никогда не выйду за тебя.
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

Я не запомнил имен подчиненных — был сосредоточен на Амине.

— Герман Янович, вас вызывают в смотровую, — сообщает запыхавшаяся девушка в медкостюме и маске, спущенной на подбородок. — У пациентки начались схватки раньше времени.

— В смысле, раньше времени? — подрываюсь на ноги, а Амина взволнованно оглядывается. — Преждевременные роды? Сколько недель?

— Срок в норме, тридцать девять с половиной… Я имею ввиду, что плановое кесарево назначено на послезавтра, а она…

— Ребёнку виднее, когда появляться на свет, — выплевываю с усмешкой. В нашем деле иногда лучше не идти против природы, а подстраиваться под нее, аккуратно помогая. Тогда больше шансов, что она отдаст дитя целым и невредимым.

— Но.… - округляет губы в форме буквы «о». — Тазовое предлежание. Готовить роженицу к экстренному кесареву, да? — гнет свою линию, как зашоренная.

— Стоп, мать вашу! — повышаю тон, но вздрагивает только медичка. Амина даже бровью не ведёт. Наверное, начинает привыкать ко мне. Зато внимательно слушает наш разговор, включаясь в работу. — Вам тут не курсы кройки и шитья. У меня сама родит.

Широкими шагами пересекаю кабинет, на пороге запинаюсь и оборачиваюсь.

— Амина, переодевайся — и за мной, — строго приказываю. — Только быстрее, иначе они без нас половину роддома перережут, им только волю дай.

— Поняла, Герман Янович, — охотно отзывается она, демонстрируя собранность и опыт. — Дайте мне пару минут.

Срывается с места, вихрем пролетает мимо меня, задев плечом, и с горделивой осанкой направляется к медсестринской. Опешив на секунду, я с улыбкой смотрю ей вслед. Начинаю понимать, что имела в виду моя бабка. Несмотря ни на что, в Амине чувствуется внутренняя сила.

Эта девушка особенная.

Не раскисает, хотя буквально минуту назад мне казалось, что она на грани. Падает и поднимается, набивает шишки и идет дальше. Это вызывает уважение и кое-что ещё, о чём мне думать рановато. Ни одна баба меня так не цепляла, как она — чужая жена, с которой я почти не знаком.

Сработаемся точно, а остальное — решим в процессе.

Глава 8

Неделя спустя. Предложение

Амина

Герман вызывает противоречивые чувства…

Как врач он профессионал. Буквально на следующий день после того, как он принял естественные роды у сложной пациентки, весть об этом разнеслась по всему отделению — и к нему буквально выстроились очереди из будущих мамочек. Даже деньги предлагают, но принципиальный доктор взяток не берет. Неудивительно, ведь в Германии он в день зарабатывает больше, чем здесь за месяц. Демин ни в чем не нуждается, но всё равно непонятно, зачем остался?"

"Как человек Герман добрый, честный и внимательный. Как руководитель — строгий и резкий.

Поделитесь впечатлением о книге

Понравилась история или, наоборот, не зашла? Напишите пару слов — ваш отзыв поможет другим читателям решить, стоит ли открывать эту книгу.

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив