64
0
— Разве я что-то скрываю? — даже это ему удается сказать так, что стопроцентно понятно, кто в комнате главный.
— Вы что-то сделали с моей воспитанницей! — как будто по инерции продолжает вошедший, но осекается, встретившись со мной взглядом.
Как будто не ожидал. А что он тогда ожидал?
При виде него во мне пробуждаются те чувства, которые, похоже, испытывала Ариелла: отвращение, презрение и… дикий, почти животный страх. Я не помню, чтобы он поднимал на нее руку лично, но по любому поводу Фил мог сурово наказать долгими часами в темном чулане на чердаке, где зимой можно было промерзнуть до самых костей.
Его безупречная, аристократическая внешность сочетается с до жути отталкивающим внутренним миром. Тонкие, изящные черты, седые, тщательно уложенные волосы, безукоризненный костюм и непроглядная склизкая тьма внутри.
— Моя жена всего лишь потеряла сознание во время церемонии, барон Фирхомбахер, — с ледяным спокойствием, как будто не рычал только что на меня, говорит Родер. — Если вас интересует ее состояние, то, по словам лекаря, с ней все благополучно.
На лице Фила мелькает тень, как будто судорога пробегает, но он очень быстро берет себя в руки и делает вид, что безумно рад сему факту и вообще переживал за мое состояние.
— Это прекрасно, ваша светлость! Я должен благодарить богов, что они приняли этот союз, — с улыбкой говорит опекун.
Я вижу напряженную спину дракона и понимаю, что все самое интересное ещё впереди.
— А вот как вы объясните то, что все утверждения, что Ариелла относится к Избранным — не более, чем гнусная ложь?
— Как? — Фил округляет глаза и переводит на меня возмущенный взгляд. — Ариелла? Это правда? Так вот зачем ты ездила в Храм два месяца назад?
Напрягаю память: Ариелла правда была в столичном Храме Праматери драконов.
Она только измоталась на долгом пути по непогоде туда и обратно и в качестве профита получила лишь небольшую ладанку с каплей сока драконовова дерева. Кстати, о ней Ариелла никому не сказала.
— Вы прекрасно знаете, что это не так, — возмущаюсь я. — Вы сами мне вручили приглашение!
Сначала говорю, а потом понимаю, насколько это глупо звучит — доказательств-то никаких!
Фил явно что-то мутит, хочет выставить все таким образом, чтобы дракон думал, что это я как-то сделала так, чтобы мое имя внесли в списки Избранных.
— Как ты можешь, Ариелла? — «искренне» опешивает от таких обвинений Фил и хватается за грудь. — После всего того, что я для тебя сделал? Разве я так тебя воспитывал?
— Вы настойчиво меня отправляли в храм, несмотря на проливной дождь и размытые тракты! — я скорее просто озвучиваю то, что всплывает в голове.
