А уж когда стал финансово состоятельным!
При этом у нас сразу были серьезные отношения, он мне не изменял и спустя год встреч поговаривал о свадьбе. Ко мне он относился ответственно.
Пока я не бросила его из-за мнения отца… Так он, наверное, думает. Да, его хорошее отношение ко мне в прошлом.
Лифт привозит нас на этаж. На площадке три квартиры, одинаковые черные двери далеко друг от друга. Мы подходим к той, что у правой стены.
— Минуту, — просит Иван и расправляется с замками.
Маленький Ванька тем временем громко шепчет.
— Мам, я хочу писить!
Да, ""любимая"" фраза для мамочек в неподходящий момент. Хорошо, мы уже на месте.
Хозяин квартиры ускоряется. Не хочет получить лужу на своей элитной площадке. Распахивает дверь и со смешком говорит:
— Первый туалет сразу напротив. Там и руки можно вымыть.
Скидываем с мелким кроссовки и несемся туда. Включаю свет, быстро определяю малыша к унитазу. Пока тот журчит, осматриваюсь. Да уж…
Санузел отделан черным мрамором. Унитаз, биде и раковина ослепительно белые в цвет прожилок. Ванны или душа здесь нет.
Раковина на мраморном постаменте. Принадлежности типа мыльницы и вешалки для полотенец здесь тоже черные. Брутальность высшего уровня.
— Мам, тут красиво! — замечает Ваня, сделав свои делишки.
— И пафосно… — бормочу.
Не то чтобы я против хорошей жизни! Очень даже за, сама стремлюсь к ней. Но обстановка так и подчеркивает, какая пропасть между мной и бывшим разверзлась за эти годы.
Хотя… Материальное положение — точно не главное, что нас разделяет.
— Ма, как мыть руки?
— Просто поднеси их сюда.
Сплошная автоматика — кран, пенка. Только полотенце обычное, белое и пушистое.
Тщательно тру им руки, как будто оттягиваю момент. Но как ни крути, надо выходить. Малыш уже убежал вперед.
Весь нижний этаж квартиры по сути — большая студия. Исключение санузел и еще какая-то комнатка с дверью. Может, кладовка. А так это прихожая-гостиная-кухня в одном флаконе. Еще и с панорамной стеной и видом на город. Иван стоит возле нее, заложив руки в карманы.
От пиджака он давно избавился и закатал рукава рубашки, хоть на улице по-осеннему прохладно.
Слышит наши шаги и оборачивается.
— Что заказать на ужин? — после долгого взгляда говорит банальную вещь. — Ты ничего не ела на свадьбе.
На свадьбе… Нервно смеюсь.
— Да как-то нет аппетита. Но Ваньку надо бы перед сном покормить. Если можно, какие-то овощи, птицу или рыбу. И к завтраку бы не помешало молоко, крупа на кашу…
— Не поверишь, но в этой квартире есть продукты.
Он кивает в сторону кухонной зоны. Она из темного дерева и совсем не смотрится как кухня. Здесь вообще все в темных тонах. Такое было очень модно год назад, кажется.
Ванька прибежал к Ивану, чтобы посмотреть в большущее окно. Я иду в сторону шкафчиков.
