Мы же бежали со всей силы.
Турки заметили, что что-то не так, но было уже поздно. По ним открыли огонь.
Первый залп сразил передовую шеренгу врага. Многозарядные ружья позволяли на какое-то время вести непрерывный огонь, не тратя драгоценные секунды на перезарядку. Турки падали один за другим, но не отступали. Вместо этого враги начали перегруппировываться, создавая коридор.
— Они заманивают нас, — заметил Мехов, перезаряжая ружьё. — Как вы и говорили, старший лейтенант.
Я кивнул. Противник действительно пытался заманить нас в ловушку. Некоторые взводы, наконец очнувшись от оцепенения (видимо, турки прекратили пение, понимая, что оно больше не действует эффективно), начали беспорядочную атаку. Солдаты с криками бросались вперёд, не соблюдая строй.
— Идиоты, — прошипел я.
Одно дело — атаковать по плану, и совсем другое — бежать навстречу очевидной ловушке. Но остановить остальные взводы я не мог. Да и не хотел, если честно. Пусть отвлекают на себя внимание, пока мы готовимся к настоящему удару.
— Зелье! — скомандовал своим. — Пить!
Солдаты одним движением открыли фляги и сделали по большому глотку. Эффект не заставил себя ждать. Я ощутил, как тело наливается силой, как ускоряется реакция, как каждое движение становится чётким и выверенным. По лицам бойцов было видно, что они испытывают то же самое.
— За мной! — крикнул, срываясь с места.
Мы двинулись вперёд, реализуя стратегию номер один. Я и Костёв с отрядами шли в центре, остальные растянулись чуть позади, готовые прикрыть нас от флангового удара.
Быстро преодолели «ничейную землю», перепрыгивая через воронки от снарядов и обходя колючую проволоку. Другие взводы бежали рядом с нами, их командиры хрипло отдавали приказы, пытаясь восстановить управление. Но было поздно: они уже попали под влияние турецкой тактики.
Когда приблизились к коридору, созданному турками, я заметил, что враг не целится на поражение. Многие выстрелы были специально направлены чуть выше голов или в стороны от бегущих солдат. Они хотели, чтобы мы прошли вглубь их позиций.
— Не спешить! — скомандовал своим. — Держим строй!
Мы не углублялись дальше определённой отметки, как и планировал. Вместо этого остановились и начали вести прицельный огонь.
Передо мной расстилалось поле, которое выглядело слишком… чистым. Никаких признаков ловушек на поверхности, но я не доверял этой обманчивой пустоте. В отличие от остальных взводов, которые продолжали углубляться в турецкие позиции, мы держали оборону. И не зря.
Перед тем, как начать наступление, я выпустил морозных паучков. Выстроенная ими сеть позволила мне исследовать поле. Они обнаружили три участка, плотно заминированных. Мины были искусно замаскированы под комья земли и небольшие камни.
