Некоторых тварей даже ели прямо во время боя, не прекращая уничтожать остальных.

Турки застыли в ужасе. Они не понимали, что происходит. Их твари, которые должны были уничтожить русских, сами гибли от невидимой силы. Из-за морозного пара, который испускали пауки, видимость была ограничена, и враги не могли разглядеть, кто именно убивает их монстров.

Воспользовавшись моментом, я попытался подчинить одного из ползунов. Активировал свою магию, воспроизводя ту же мелодию, что и раньше. Монстры дёрнулись, почувствовав мою силу. Но тот, на которого я нацелился, никак не хотел подчиняться. Он не растворялся, чтобы я мог его перенести в своё тело, а оттуда — в пространственное кольцо.

«Что не так? — мелькнула мысль. — У меня вышло подчинить конельва, и он тоже был пятого ранга. Почему тут не выходит?»

Пришлось отказаться от этой идеи. Возможно, пока не хватает сил или монстр как-то защищён от подчинения. В любом случае сейчас важнее было выполнить основную задачу.

Турки продолжали гибнуть. Мои монстры уничтожали их тварей одну за другой.

Но вдруг что-то изменилось. Раздался глухой гул, и землю затрясло сильнее.

— Артиллерия! — крикнул Мехов, указывая в сторону турецких позиций.

Я увидел вспышки на горизонте. Противник начал артиллерийский обстрел. Они били аккуратно, стараясь не задеть своих, но всё же несколько снарядов упало прямо на поле, где сражались пауки с ползунами.

— Отступаем! — решительно скомандовал я. — Взвод, назад!

Солдаты начали организованно отходить. Каждый прикрывал товарища, сохраняя чёткое построение. Даже турки, кажется, были впечатлены такой дисциплиной.

Ма и Па продолжали терзать пылевых ползунов, но я понимал, что пора и им отступать. К тому же надо оставить туркам «прощальный подарок».

— Паучки, — мысленно приказал, — уберите лёд с мин и немного сместите их.

Мои маленькие шпионы тут же принялись за работу. Они быстро растопили корки инея, покрывавшие мины, и чуть-чуть сдвинули их — достаточно, чтобы нарушить баланс.

Мы отступали, и за нашими спинами начали раздаваться взрывы. Один, второй, десятый… Мины детонировали, подрывая турецких солдат, которые, видя отступление врага, решили, что могут безопасно преследовать.

Куски тел и земли взлетали в воздух, крики боли и ужаса разносились по полю. Турки подрывались на своих же минах. Почему? Потому что они видели, как мы спокойно прошли по заминированному участку, и решили, что снаряды не работают. К тому же мои паучки сместили их, обманув даже тех, кто точно знал о расположении взрывных устройств.

— Бегом! — скомандовал я, когда грохот стал громче и ближе.

Турецкая артиллерия перенесла огонь на нас, но было поздно. Мы уже достигли своих позиций, и над нами смыкался защитный огонь батарей.