Игрушкой для взрослых утех. Не моих утех. — У него есть то, что мне нужно.
— И что тебе нужно?
Я слышу свой голос со стороны и пугаюсь. Такой он безжизненный… Глухой. Я уже понимаю, что зря приехал. И что не с того начал. И что зря понадеялся на нашу с ней химию… Маловато будет теперь только химии, похоже.
— Положение, — спокойно говорит она, — деньги.
— Ты никогда не была проституткой, Захарова, не верю я тебе.
— Я всегда была нищей детдомовкой, Федотов. Тебе, золотому мальчику, не понять моих мотивов.
— А почему ты не хочешь это все взять от меня?
Захарова смотрит, смотрит… И внезапно отворачивается.
— Нельзя продавать себя тому, кого любишь… Любила.
Любила…
А я…
Дурак ты, Федот…
— А зачем продавать? М? Давай, может, просто попробуем быть…
— Нет, Вова, — она не смотрит больше на меня, сжимает пальцы на вороте шубки, — ты, как ветер… Поиграешь и бросишь… Никаких гарантий.
— А с этим?..
— А с этим все проще. Договор на берегу. Это надежней, гражданин начальник. Так что я пошла к своему светлому будущему…
— Ася… — я не знаю, что сказать сейчас, как остановить. Сказать, что у меня все серьезно? А она поверит? Если столько лет…
— Вова, иди домой, — Захарова открывает дверь, выходит и ждет, когда тоже покину ее квартиру, — иди… У тебя своя жизнь, у меня своя. И в моей жизни наконец-то появляется стабильность. И все то, чего я хочу. А тебя я больше не хочу, Вова. Даже в качестве любовника. И не надо сюда приходить больше. Все равно ничего не получится. И дальше прихожей ты не пройдешь…
Я прохожу мимо нее, скатываюсь вниз по ступенькам, выскакиваю из подъезда.
Прямо у лестницы стоит низкая представительская ауди.
Отступаю в сторону, ищу прикурить, с удивлением ощущая, что пальцы подрагивают. Нехило она меня…
А пахнет ею от руки…
Невольно втягиваю аромат, рот наполняется слюной.
Захарова выходит следом, на меня не смотрит вообще, словно пустое место я. столб у подъезда. Дверь ауди открывается, и я наблюдаю, как ее встречает и под ручку сажает в машину какой-то средних лет мужик со смутно знакомой рожей… Что-то такое мелькало осенью на всех билбордах, когда выборы шли…
Хорошая цель, Захарова. Масштабная…"
"Закуриваю, выдыхаю дым, ощущая горечь на языке.
Облизываю палец, пахнущий моей женщиной.
Уже не моей.
И вообще никогда не бывшей моей… Кроме краткого счастливого периода, который я проебал.
Почему-то совсем нет злобы на нее за то, что вот так расставила приоритеты.
Она имеет право не верить мне. Я все для этого сделал.
Но как же обидно, блять…
И как все тупо…
Глава 32
На подходе к месту встречи с супер-крутой сотрудницей СБ МВД, которую так сильно нахваливал Свен, торможу и в очередной раз прикуриваю.
