Синяк осторожно обхожу стороной, чтобы лишний раз не чувствовать боли.

Часто ли они держат пленников вот так, в гостевых спальнях, не знаю. Впрочем, решеток на окнах я не вижу. Надо посмотреть, на сколько высоко прыгать.

Подхожу к окну. Эта сторона дома выходит на задний двор. Яркая зеленая лужайка, окруженная высоким сплошным забором. Могучие лесные деревья.

Владимир стоит ко мне спиной и кидает мяч. Пес бегает туда-сюда, яростно виляя обрубком хвоста.

Точно, я совсем забыла про Рамзеса. Он все еще внушает мне страх, не то что знакомый соседский добродушный пес Шарик. А та черная махина не внушает никакого доверия.

Если бы я и смогла покинуть пределы комнаты, то меня бы выдал громкий лай собаки при выходе за пределы дома.

Придется отложить эту идею.

Странно, но картина, за которой я наблюдаю, не вызывает во мне негативных чувств. Поражаюсь: на сколько свободными и беззаботными ощущают себя эти двое. Ничего не бояться, играют словно дети. А Владимир и мускулом не ведет, когда на него несется несколько десятков килограммов счастья.

Словно почувствовав, что я наблюдаю за ними, Владимир повернулся. Смотрит в мою сторону и я тут же скрываюсь за шторой.

А если ему не нравится, когда за ним смотрят. Что в таком случае делают бандиты?

Нет-нет-нет! Лучше вообще об этом не думать. Я многое вчера увидела. Если будет задавать насчет этого вопросы, то отмажусь, что стало скучно и решила насладиться видом из окна.

И ничего, что я пленница в этом доме у этого мужчины.

— Вот и не забывай об этом, — произношу вслух самой себе.

Нужно выяснить цель моего пребывания здесь. Сколько денег задолжал Владимиру Дима? И как я смогу выплатить ему долг?"

"Нервно хожу по комнате, меряя ее шагами, но ничего путного в голову не приходит. Да, я закончила курсы бухгалтера и секретаря-помощника. Смогу помочь с бумагами в крайнем случае.

Останавливаюсь в раздумьях у кровати…

Слышу шорох за дверью, ключ в замочной скважине поворачивается. Неужели это Владимир? И он пришел требовать с меня расплаты?

Дверь открывается и в проеме появляется пожилая женщина лет шестидесяти.

— Доброе утро. Вам хорошо спалось? — приятный голос не внушает опасений, скорее успокаивает. Она поправила очки на носу и заулыбалась.

Хорошая женщина, приятная. Стройная и опрятная. Не чета нашим советским бабушкам-старушкам. Хорошая выправка и осанка, видно, что следит за собой. Ухоженные длинные волосы собраны в строгий пучок. Одета, как говорят, с иголочки. Скромно, но со вкусом.

Это его мать?

И не боится, что я могу наброситься, отобрать ключи и сбежать?

— Да, спасибо. — неуверенно отвечаю, слегка озадаченная таким визитом.

— Я Елена Петровна, экономка.