И все-таки, за что мой, уже муж, должен ему денег?
Я всегда старалась не быть навязчивой, не лезть в мужские дела, но… Ну неужели, я настолько была отвлечена, что пропустила, когда Дима влез в криминал? И как же я могла это не заметить?
Может быть, он совершил неудачную сделку? Хотя, Владимир утверждает, что не риелтором он работает, не риелтором.
Почему слова незнакомого мужчины я так слепо принимаю на веру? Он ни разу мне не врал, говорил все прямо. Хотя, о том, как именно я буду отрабатывать долг — уходит от прямого ответа до сих пор. Он как будто дразнит меня.
Куда же мог вляпаться Дима? Деньги у него всегда были. Если это не связано с недвижимостью… Тогда… Может быть он откупался от полиции или суда? Или убил кого-то? А что бы спрятать труп обратился за помощью к бандитам?
Правильно ли то, что я считаю, что он способен на убийство?
Честно говоря, я уже и не знаю, чему верить. Все, в чем была уверена еще совсем недавно, уже второй день оборачивается против меня. Свадьба, дом, дети, внуки, совместная старость. Нет больше у меня такого будущего. Не известно и то, сколько мне предстоит провести в этом доме.
И что эта за тема с моим внезапным замужеством?
Громкий звон разбитой посуды заставляет меня прислушаться. Внизу явно что-то происходило.
Черт побери, если я хочу получить хотя бы один ответ на свои многотысячные вопросы, надо действовать.
Глубокий вдох и медленный выдох. Мне просто нужно решиться и действовать! А надумать то, чего нет я всегда успею.
Подхожу и тихонько поворачиваю ручку двери трясущимися пальцами: не заперто, слава богу.
Вот вы и ошиблись, предоставили мне свободу действия. Я уж своего не упущу, будьте уверены.
И в обиду себя не дам!
Двигаясь вдоль стены, ощущаю себя супер шпионом на важной, смертельно опасной миссии. Только сердце бьется о решетку грудной клетки, норовя выдать меня с поличным. Кажется, что даже внизу слышен его громкий стук.
Осторожно обхожу столик с цветочной вазой. Наконец, останавливаюсь перед поворотом на лестницу. Выглянуть из-за угла не решаюсь.
Отсюда, хоть и не очень разборчиво, но могу расслышать мужские голоса.
Закусываю губу, навострив уши и прислушиваясь еще усерднее.
— Беркут, да как так? Ты че, оборзел? — мужской голос, очень злой. Крик эхом разносится по дому, что я вздрагиваю от неожиданности.
— Я согласен с Кондором, этот болван должен нам.
— Теряешь хватку. У нас что, теперь каждый второй может просто залезть в карман и взять что хочется?
— Мужики, — голос Владимира абсолютно спокоен, — я со всем согласен, и нет, не каждый.
— Володь…"
"— Хватит я сказал! Я не собираюсь оправдываться перед вами словно девчонка! Долг выплачен — это раз. Мои ребята вчера ему доходчиво объяснили, как делать не следует — это два. Коршун подтвердит.
