Извиняться Вадим умел, эффектно, дорого, красиво, но в душе ошибок не признавал. Полонский никогда не допускал промахов и все контролировал: если что-то пошло не так, значит, он так задумал изначально. Вот так, да.
Я сжала листок и посмотрела на жирных голубей, курлыкающих рядом. Вадим жутко их не любил. Если бы написал, что научился ценить пернатых, то вообще бы другим человеком стал!
Если бы решало только мое сердце, то я бы упала к нему в объятия еще после поединка с Барсовым. Про либидо можно даже не говорить. Мое тело Полонского признавало хозяином и господином. Но была память и страхи. А еще огромная нужда в человеке. Что важнее? Что спасет меня? А что погубит?
Я любила Вадима. Того старого. И этого нового. Мы оба в чем-то изменились, а что-то осталось прежним, но хорошо нам только вместе. Возможно, если попробовать медленно пройти по дороге к друг другу… Через неделю мой день рождения и поездка в Пушкин. Вместе.
Внутри вспыхнуло ярко, предвкушаю встречу. Я хотела поехать с Вадимом. Желала, отметить всей семьей. Как раньше. У нас было слишком много хорошего, чтобы все забывать. Что-то мы возьмем в новую жизнь. Надеюсь.
Глава 50
Вадим
В Питер мы прилетели поздним утром. Водитель встретил нас у трапа, летнее небо практически не хмурилось, мои девочки тоже улыбались, а я чувствовал себя счастливым. Но счастье у меня хрупкое и прозрачное, как тонкий хрусталь. Как сон. Как мечта. Я буду оберегать его. Так, как не делал раньше. Тогда не уберег, больше такой ошибки не совершу. Пусть оно у меня совсем маленькое: Катя всего лишь пригласила поехать с ними в Пушкин. Отпраздновать день рождения вместе. С робкой улыбкой приняла от меня огромный букет любимой сирени. Мы с ней пока только за руки держались, но для меня и это много: раньше Катя вырывала ладонь.
– Сразу поедем, или погуляем по городу?
– Я уже кушать хочу, – объявила Ника. – И можно сходить в парк аттракционов какой-нибудь.
– Сегодня, вообще-то, у мамы день рождения, – заметил, поглядывая на Катю. Задумчивую и романтичную. У нее так часто, быстро и совершенно непредсказуемо менялось настроение, что я терялся: от деятельной бизнес-леди, которая лично решала проблемы с поломкой вентиляции на одном из производств на высоте десять тысяч метров, до загадочной тургеневской девушки, не отрывавшей бархатных глаз от иллюминатора.
– Мама тоже хочет. Правда, мам? – ластилась Ника, когда сели в машину.
– Давайте, погуляем, – согласилась Катя. – Я сто лет на Невском не была.
Желание именинницы и дочери – для меня двойной закон. Правда, после трех часов на качелях-каруселях, последующего похода в цирк, прогулки на речном трамвае, Катя была уже не так бодра. Вообще, у кого день рождения?! Мы желания Вероники Вадимовна выполняли! Катя потакала ей дико.
