А тот продолжал щедро плескать масло в огонь всеобщей неприязни:

– Не каждый из вас способен сходу признать, что они – блёклая серая масса. Которая только и ждёт момента, чтобы попасться на глаза смазливому боевику.

Пользуясь тем, что всё внимание девушек было приковано к Гримсону, что расхаживал перед нами как бойцовый петух, я маленькими и аккуратными шажками вернулась в строй.

Напряжение среди нас звенело в воздухе натянутой стрелой.

– Лучше сразу признайтесь, что вам, таким красивым, ухоженным и вкусно пахнущим, не место там, где обрываются жизни! Где проливается пот и кровь! Своими визгами вы будете отвлекать союзников и привлекать врага! Так что примите действительно здравое решение и помогите декану факультета бытовых артефактов. У него впервые за декаду недобор на курсе.

Слова Конрада лились грязной, дурнопахнущей рекой, а когда поток жестокого красноречия иссяк, он снова мазнул по нам взглядом:

– Ты, шаг вперёд.

Бледная, как простыня, Мэйв вышла из строя, и я заметила, как дрожат её пальцы, собранные в кулаки. Каково же было моё удивление, когда блондинка уверенно произнесла:

– Я с детства умею точечно направлять воздействие артефактов. Сам король был впечатлён демонстрацией моих умений. Считаю, что среди тех, кто находится здесь, мне нет равных.

Гримсон поморщился, словно залпом выпил стакан уксуса:

– Его Величество известен своим благородством. Кормит бесплатно бездомных, жертвует большие суммы приютам и хвалит бесталанных отпрысков.

Мэйв дёрнулась и буквально залилась краской, но в этот раз уже никто не посмел рассмеяться.

– Вернулась в строй! – рявкнул мужлан, глядя на нас как на муравьёв. – А теперь дружной кучкой марш пять кругов вокруг площадки! Чтоб ни одного слова друг с другом – каждая смотрит вперёд и рвётся к победе. Слышали? Чтобы у всех вас на лицах было написано страстное желание стать лучшей, и доказать, что я неправ! Буду вглядываться в физиономию каждой! Счастливица, которая придёт первой, получит высшую награду – мой бесценный совет. Неудачница, ставшая последней – пересчитает все листья на ёлке в парке.

Какая-то из девушек робко уточнила:

– Подождите… На ёлке же иголки...

Лицо Гримсона красноречиво вытянулось, а злые глаза, казалось, спалят несчастную на месте:

– Меня это не волнует. Сказал пересчитать – ищи среди иголок листья и пересчитывай. Марш! Шевелите конечностями, убогие!

Ни слова не говоря, мы пустились в бег.

Я без труда вырвалась вперёд, радуясь, что никогда не пренебрегала физическими нагрузками. К тому же зачастую приходилось стрелой лететь с одной подработки на другую, а времени было впритык.

На пятом круге, поравнявшись с отстающей, запыхавшейся Мэйв и её верными подругами, ещё больше прибавила скорость.