Так, где мой самосвал удачи?! Верните мне его!

Бросаюсь наутек, петляя между людьми и повозками. Ну надо было так проколоться?

Умудряюсь немного оторваться от преследователей в каком-то из проулков, где никого нет, только телега с равнодушно фыркающей лошадью.

Прячусь за телегой и как могу быстро меняю плащ. Насколько мне подсказывает память Адалии, до южных ворот тут рукой подать. Добежать успею, а вот что там делать — уже другой вопрос. Плана пока нет.

Слышу топот сапог по брусчатке и мужские голоса. Близко уже. Тот плащ, что сняла, вешаю на балку так, чтобы было видно, как он качается под порывами ветра.

Выхожу на улицу, которая ведет прямиком к воротам. А плана у меня по-прежнему нет.

— Там слева будет стоять черная закрытая карета, — внезапно говорит мышонок. — Подойдешь к кучеру и скажешь, что ты из храма едешь в монастырь Пресветлой Эрлинии. Эту повозку досматривать не будут, потому что на это дано распоряжение самого мэра — покой прихожанок ценится.

— Если все выгорит, куплю тебе сыра, — шепчу я в ответ и делаю так, как он сказал.

— Лучше корочку свежего хлеба…

— Да хоть с маслом.

Кучер, высокий, сухопарый дядька с равнодушным лицом, ничего лишнего не спрашивает, помогает взобраться в высокий экипаж и закрывает за мной дверцу. Внутри скромно, не особо просторно, но все же достаточно комфортно. Единственное сиденье обтянуто кожаной обивкой, а на полу лежит шерстяной ковер.

Окна совсем крошечные, с плотными шторами. И это просто отлично.

Почти сразу слышится щелчок поводьев, и карета трогается с места.

Получится или не получится? Нервно мну руками платье и, кажется, почти не дышу.

— Досмотр, — слышится снаружи грубый голос, когда карета приостанавливается.

— Не подлежит досмотру, — в той же манере отвечает кучер.

— Распоряжение начальника, досматриваем всех."

"Черт… Как же страшно-то. Сейчас поймают, куда бежать? И, главное, как?

— Ничего не знаю. У меня распоряжение мэра, — а кучер-то — нагловатый мужичок. — Хочешь спорить — все вопросы к нему. Дайте дорогу.

— Да как ты разговариваешь?

— Пропустить, — громом проносится другой голос.

И его я точно знаю. Запомнила с первой ночи. Если быть точнее, с первого утра. Арион Тарден.

С ним спорить не решается уже никто, поэтому чувствую легкий толчок, и карета снова приходит в движение.

А я… То ли от любопытства, то ли от глупости, то ли от того, что мне приключений не мои вторые девяносто все еще не хватает, не смогу никогда даже себе объяснить, выглядываю в окошко и… сразу же наталкиваюсь на взгляд Тардена, мимо которого мы как раз проезжаем.

В этот миг что-то происходит.