— Дианочка, доченька, — говорю потрясенно, — разве тебе не жалко папу?
— Жалко, — шмыгает она носом, — знаешь как жалко? Теперь целых пять дней придется его ждать!
Произношу длинную речь, пытаясь донести, что такое проявление внимания и любви может оттолкнуть даже такого терпеливого человека, как их отец.
— А что, если однажды ему надоест? — спрашиваю поникших детей. — Он решит, что вам не нужен, что вы его не любите. Что вы тогда будете делать?
— Мам, почему он нас даже не поругал? — хмуро спрашивает Данил.
— Потому что он ваш папа, — отвечаю, — и он очень хочет с вами помириться.
— Мы тоже хотим, — у Дианки дрожит голосок, и я как обычно, сдуваюсь. А потом смотрю на часы и хватаюсь за голову — мы безбожно опаздываем в сад.
Хватаю детей и выбегаю из дома, по дороге заказывая такси. Моя машина так и стоит на штрафплощадке. Тагаев пообещал, что машину заберут его охранники и пригонят мне к офису. Сдаю детей воспитательнице, а сама еду в офис.
Стефа уже там, вся извелась в нетерпении, и я с удовольствием делюсь с ней подробностями. Конечно, не всеми, о наших тайных поцелуях с Артуром молчу, но я не знаю в этом мире человека, который мог бы ввести в заблуждение мою тетку.
— Значит, у вас с Тагаевым все идет как надо, — говорит она с удовлетворением, отламывая кусочек имбирного печенья. — Вы хоть не при детях зажимались?
— Откуда ты знаешь? — спрашиваю подозрительно, вспыхнув как инфракрасный обогреватель.
— У тебя глаза блестят. И сама ты вся светишься, — отвечает Стефа и порывисто меня обнимает. — Правильно, Настюша, все ты делаешь правильно.
Она давится от смеха, представляя Тагаева в резиновых сланцах, а потом мы вместе ищем в интернете лайфхаки по удалению суперклея с кожаной обуви. Выбираем самый цивилизованный способ — антиклей."
"Покупаю это волшебное средство и возвращаюсь в квартиру. Феном прогреваю место склеивания подошвы и пола, а потом развлекаюсь тем, что оттираю клей с тагаевских лоферов. И так увлекаюсь, что даже не пугаюсь, когда звонит воспитательница. А зря.
— Анастасия Андреевна, приезжайте, у ваших детей высокая температура.
И у меня подгибаются колени.
Глава 35
Так, Настя, спокойно. Возьми себя в руки.
Стараюсь вернуть самообладание, но не могу. Я ко многому привыкла за эти годы — и к походам за покупками с тройной коляской, и к купанию всех троих одновременно, и к противостоянию в песочнице. Но к одному привыкнуть так и не смогла — к детским болезням.
В самом начале, когда мои дети только появились на свет, я умирала от страха, столкнувшись с той или иной болячкой. Будь то ветрянка с осложнениями или банальная простуда, не важно, я так и не научилась относиться к этому спокойно.
