Не сомневаюсь, сам он трепаться не будет, потому что за такие дела, вообще-то, полагается тюремный срок.
Жанна не посмеет спросить напрямую, был ли у нас секс. Для неё это тоже будет равносильно признанию в совершённой подлости.
— Жанна Юрьевна… — Как же противно теперь произносить её имя! — Думаю, всё прошло… эм… в общем… о конкретных результатах говорить рано.
— Но Артемьев тебя выслушал? Не выставил за дверь?
— Нет.
Жанна пригляделась:
— Ты плакала? Что стряслось, Дашенька?
Сколько искренней заботы в её голосе! Вот же змея!
— Вчера вернулась домой, а моя собачка помирает.
— Бонни?! О, боже… И что?
Я в пятый раз рассказала о посещении ветклиники.
— Надеюсь, твой рыжик поправится! — сказала директриса. — Так что там с Артемьевым?
— Всё нормально. Даже выделил мне водителя с машиной. Домой приехала как… как королева! — выпалила я.
Да уж, королева. Скорее — как несчастная служанка, которую жёстко поимели в господской умывальне.
— Хорошо, — немного оживилась Жанна. — Думаешь, он заинтересовался нашим предложением?
— Ну-у… Да!
— А что-то конкретное сказал? Может, ему что-то понравилось в презентации?
— Думаю, она произвела на него неизгладимое впечатление, — горько вздохнула я.
Вспомнила, как вчера рассталась с Артемьевым после того, как всё произошло. Я изо всех сил боролась со слезами, но и у мужчины вид был растерянный. Злой, недовольный — да. Но и растерянный — тоже.
Жанна не предупредила, что посылает ему девственницу. Конечно, она и сама ведь не знала точно. Да, в офисе надо мной подтрунивали, Яна называла «пережитком прошлого», а парни — «наша недотрога». Но вдруг на самом деле я хитрая бестия и только прикидываюсь пай-девочкой?
— Что ж… — задумалась Жанна. — Остаётся только ждать, в надежде, что господин Артемьев проникнется нашими идеями. Мы сделали всё, что могли… Как тебе вообще Артемьев? Я с ним один раз встречалась в прошлом году. Правда, в тот момент он выглядел не очень.
— Не очень? Почему?
— Видимо, пропустил удар, кто-то сильно ему заехал. Вот зачем ему драться в этом своём… октагоне? — Жанна пожала плечами. — Такой видный мужчина, даже красивый… С таким лицом можно в рекламе сниматься, а он его портит. Впрочем, ладно. Будем надеяться, что пальцы он себе не переломает, и сможет подписать с нами контракт, — мрачно пошутила директриса. — Иди, Даша, работай.
Из кабинета Жанны я вышла немного озадаченная. Поверить в то, что она меня жестоко использовала, было трудно. Но ведь я не ошибаюсь? Когда заявилась в клуб, Артемьев явно меня ждал. Он был уверен, что может делать со мной всё, что угодно. Значит, он обо всём договорился с Жанной.
Вот же актриса! Как она сейчас со мной разговаривала!
Но она ничего не получит, контракта ей не видать.
