– Моего сына арестовали, – стоило нам устроиться внутри экипажа первое, что сказала тётушка Мэй, губы её тряслись и она уже не сдерживала слёз, прочертивших горячие дорожки по морщинистым алебастровым щекам. – Как же так? Как он мог прельститься деньгами и обещаниями стать более могущественным? У него ведь и так всё было! Неужто его так плохо воспитал отец?
Я молчала, лишь понимающе сжимала хрупкие руки несчастной женщины, стараясь поддержать, поделиться своим теплом.
– Взяли герцога Саутгемптона и всех его приближённых. Схватили Нокстэда, старика Бентинга, и ещё порядка десяти человек, занимавших высокие посты при императоре.
– Ну, сто метров – это не так много дополнительного времени, – криво усмехнулась я, – но целая вечность, если ты в седле.
Дин просто широко развёл руками, как бы говоря, что это был не его приказ.
Добравшись до особняка в полной тишине: каждый думал о своём, вошли в дом.
– Разместите леди Нокстэд в гостевой комнате, предоставьте всё, что она попросит, – распорядилась я, пока супруг о чём-то беседовал с бледной старушкой.
– Тётушка Мэй, – подойдя к гостье, мягко добавила, – вам бы отдохнуть. А потом мы вместе пообедаем? Поговорим.
– Д-да, – женщина прерывисто выдохнула, вымученно улыбнулась, – спасибо тебе, Грейси, за понимание. У сына тут есть свой дом, но идти туда что-то совсем не хочется.
Мне потребовалось всего полтора часа, чтобы принять ванну и даже урвать пару десятков минут на сон. Первая половина дня выдалась страшно нервотрепательной, к тому же напряжение последних недель давило и мешало расслабиться хотя бы на мгновение.
Дин, переодевшись, куда-то ушёл. Поэтому обедали мы с тётушкой Мэй вдвоём."
"– Как моя Мэдди? – утолив первый голод, спросила графиня.
– О, мама получила развод и вышла замуж за достойного человека, не раз на деле доказавшего свою преданность и любовь к матушке.
– Какие новости! – впервые в глазах женщины мелькнула искренняя радость. – Расскажи подробнее, прошу тебя! Думаю, история стоит того, чтобы быть рассказанной.
– Начну с самого начала нашего долгого путешествия в Ирлэндию… – отложив вилку, заговорила я, подпустив в голос интригующих ноток, стараясь изо всех сил отвлечь бедную женщину от мыслей и переживаний о том, что натворил её единственный сын.
На самом деле я не знала, встречу ли в Портсмуте мамину тётку, но на всякий случай прихватила с собой колье.
