— А что с нами будет, если не заплатим? У нас случилась горе, и мы остались, без денег и без запасов. — Как же стыдно признаваться в бессилии и бедности.
— Истинная госпожа! Сейчас у всех так. Но мы обязаны исполнить указ. Иначе главу семейства поместим в тюрьму, а имущество продадим. — Кажется, он и сам стеснялся своих слов. Только вот поделать ничего не мог.
Вот тебе и доброе утро! Я буквально схватилась за голову. Что делать? Куда бежать?
— Сколько у меня есть времени на поиск нужной суммы? И возьмете ли украшениями? — Мы не уедем, пока не получим денег. Но ждать можем лишь до середины дня. А что касается украшений… — он тяжело вздохнул и отвел взгляд. — Большинство их и отдают. Ни у кого нет монет.
Нищая страна, а король войну затеял?! Ну как такое возможно? Почему он не знает истинного положения дел? Небось устал от балов и развлечений? Решил в войнушку поиграть? Вот горе-то!
— Проходите в кухню. Да своих зовите. Еда у нас небогатая, но чем сможем — тем и накормим. — Не на улице же им полдня стоять? Да и как с дороги не предложишь миску каши да стакан горячего травяного чая? Люди ведь? А то, что новость плохую принесли — так служба у них такая.
— Няня! Распорядись, чтобы всех покормили и дали обсохнуть. — Убегая к матушке, дала распоряжение.
Тридцать серебряных! Это сколько? Я совершенно не знаю номинала и ценности местных денег. Может, весь наш дом столько стоит? Да как же это так? Комок отчаяния и слез предательски застрял в горле. Тропинка выбора вариантов резко уменьшилась до двух — либо найти денег, либо в тюрьму. При этом от долга последний вариант не спасал.
— Матушка! Плохие новости и нам нужно поговорить! — С ней на кровати находились Гулла и Фрея. Они беззаботно хихикали и играли. А матушка по-прежнему отрешенно смотрела в единственное окно.
— Наше королевство объявило войну. Приехали люди и требуют тридцать монет серебром. Может, Вы знаете, где взять деньги или драгоценности, чтобы расплатиться? Иначе меня заберут в тюрьму, а единственную нашу деревню пустят с молотка. — Сестры округлили глаза от удивления, а вот матушка не проявила никакого интереса.
— Матушка?! — Чуть настойчивее спросила, уже присаживаясь рядом с ней на кровать.
— Скажи Ингвару. Он все устроит. — Тихо произнесла она наконец. Ингвар — это отец? Припомнила имя, услышанное лишь однажды из уст няни.
— Матушка! Отца схоронили несколько дней назад! Где могут храниться деньги или драгоценности? Времени мало. Уже к обеду нужно отдать монеты, или их заберут силой.
Что есть сил пыталась достучаться до матушки. И не заметила, как сестры, вцепившись друг в друга, тихонько подвывали в голос. Я и не подумала о них! Настолько была убита известием о войне.
— Тише, милые! Мы обязательно найдем выход.
