Но нельзя вот так просто запереть здесь ребёнка, а самому уйти. И я живу в том месте, каждый день глотая свою порцию боли, которая приносит мне ненормальное удовольствие.

В каждой комнате этого дома стоит камера. В каждой! Даже в ванной.

Насколько хреновым отцом я бы ни был, но вот так взять и оставить своего ребенка с чужой женщиной не могу. Раньше наблюдал за сыном больше фоном. Сейчас же, с появлением новой няни, ловлю себя на мысли, что постоянно смотрю в этот чёртов монитор.

Мне не наплевать на сына в общем. Я дам ему всё, и меня волнует его будущее. Только того самого тепла и семьи дать не могу.

Я прекрасно понимаю, что мы травмируем ребёнка и делаем из него такого же бездушного инвалида. Психолог этого не исправит.

— Роберт Станиславович, — заглядывает мой помощник. — Кофе и протеиновый батончик.

Киваю, парень проходит. У меня нет секретаря. Он мне не нужен. Да и смешно начальнику безопасности иметь секретаршу. Это привилегии и понты Рустама, главы компании, которую я держу под постоянным контролем.

После смерти Лены я хотел вообще оставить работу. Всё прекратило иметь смысл. Но время идет, и, как оказалось, работа очень отвлекает.

Слава ставит передо мной большой бумажный стакан с кофе и батончик. Кофе – для бодрости, я теперь живу на постоянных стимуляторах. Кофе, мельдоний, алкоголь – всегда по-разному, под настроение. Своей энергии у меня нет.

— Передай Галимову, чтобы уволил парня на входной группе, — указываю глазами на монитор, где один из новеньких охранников курит за углом компании и разговаривает по телефону, улыбаясь.

— Причина увольнения? — интересуется Славик.

— Ну пусть будет «слишком скучная работа», раз он развлекает себя частым курением и общением по телефону, оставляя входную группу без наблюдения.

— Понял.

— И в сопровождение к Юсупову еще добавь Валеру. Мутные эти его новые партнёры.

— Хорошо.

— Свободен пока. Сообщи, когда придут техники обслуживать оборудование. — Славик идет к двери. — Стой. Понаблюдайте за бухгалтерией, а в частности за некой Светланой Ременной. Слишком часто бегает с телефоном в туалет.

— Сделаем.

Тотальный контроль за всеми, вплоть до уборщиц – моя работа. Я бывший мент. Отдал службе десять лет. Мог сделать головокружительную карьеру.

Но в тридцать лет встретил ее… И моя жизнь перевернулась.

Слава уходит, а я снова смотрю в личный монитор.

Мария и Артем в кухне. Они вместе готовят. Сын весь в муке, что-то усердно лепит из теста. Девочка помогает, корчит рожицы. Артем смеется. Впервые за год вижу, как мой ребенок искренне радуется.

По факту Мария тоже большой ребенок. Ответственности никакой, опыта нет, квалификации и образования тоже. Но у нас была уже няня с опытом и образованием, которая доломала психику моему сыну окончательно.