"

"— Ты — старый и мудрый, глава рода, — низким голосом произнесла она, и я невольно поежился под ее непривычно чужим взглядом, — но совершаешь те же ошибки, что и девушки, окружающие брата. Вы навесили на него ярлык главного возмутителя спокойствия и теперь не хотите видеть дальше придуманных вами же стереотипов. Ты поинтересовался, что с нами произошло? Нет, ты сделал свои выводы, просто выслушав чужого человека. Да и зачем тебе об этом думать? Так ведь проще — виноват Влад, что бы там на самом деле ни случилось. Потому что вы так привыкли, так ваш уютный внутренний мирок не страдает от лишних потрясений, его не лихорадит от желания разобраться в подоплёке происходящего, в том, настолько ли велика вина Влада.

Ладно, пусть ты так привык, тебе комфортнее придерживаться своих убеждений в отношении брата. Но почему ты не выслушал меня? Почему не поговорил с девушками?

Нет, ты решил действовать по старинке, сразу набросился на него с упреками. А теперь удивляешься последствиям? Что сказал брат? Что уйдет из рода? Думаю, он на это не пойдёт… Но помни, если Влад всё же отречется от рода, я уйду вместе с ним. Зачем нам находиться там, где нас не слышат и не любят?.

.

Слова маленькой девочки, что вдруг заговорила со мной не просто как взрослая, но как равная мне, резали меня по живому. Признавая в глубине души её правоту, я, тем не менее, не мог перебороть себя и принять тот факт, что в происходящем есть немалая доля моей вины. А она продолжала, отстранённо рассказывая о том, что перенесли они с Владом, и чем дальше я слушал, тем сильнее мне становилось не по себе.

—…Мы были во тьме, что разделила нас на долгое время, которое для каждого текло по-разному. Для брата миновал всего лишь миг, а для меня прошли годы.

И когда я нашла его, то даже сразу не узнала и едва не убила. Там он был намного слабее меня, как физически, так и магически, но его дух был крепче алмаза. И он вновь стал моим старшим братом, который повел меня за собой. И я пошла за ним, веря, что он защитит меня, хотя я и была сильней. А потом была битва, в которой он едва не погиб, и если бы не помощь родичей, если бы папа с мамой не встали бок о бок с нами в том бою, ты бы нас больше не увидел.

И вот мы вернулись. Уставшие, без сил, но вернулись… Думаешь, мы получили заслуженный отдых? Время, чтобы залечить душевные раны? Нет! Знаешь, что нам сразу пришлось делать? Кидаться спасать глупых овец, что без присмотра пастуха тут же умудрились найти приключения на свои зады.

И что в ответ? Услышали мы хоть одно слово благодарности? Нет, лишь упреки и оскорбления. Что ж, впредь будет наукой. Я теперь трижды подумаю, прежде чем помогать кому-либо.

Она задумчиво повертела в руках ремень и положила его на стол со словами:

— Думаю, он мне не понадобится. Ты накажешь себя сам.