Лавров нахмурился, обнаружив у меня на коленях Пол-литру, а я… Я резко вскочила на ноги, от чего бедный Коля ударился головой об стол, но это уже не могло меня остановить.

Я бежала. Снова бежала, но в этот раз четко понимала - это меня уже не спасет.

Часть 14

За некоторое время до этого

С трудом разлепив глаза, я почувствовал тяжесть во всем теле. Даже грешным делом подумалось, что я не запомнил, как меня увезли какие-нибудь бандиты и прикопали живьем в лесу. Хотя, учитывая зимний сезон, это было бы весьма тяжким делом. Значит, тому, что у меня руки-ноги не поднимались, а веки были будто бы свинцовыми, имелось другое объяснение."

"Надо мной был потолок моего кабинета. Уже хорошо. Значит, не лес. Я попытался пошевелиться и услышал стон. Господи, помоги! Стонала какая-то женщина. И я очень надеялся, что в этот момент она издавала такие звуки не от удовольствия. А если и от него - то наслаждение ей доставлял не я.

Может, я непостижимым образом принял участие в какой-нибудь свинг-пати? Черт! Почему я ничего не помню о предыдущем вечере? Вроде бы домой собирался, а потом… Потом пустота.

- Константин Павловииииич… Это же вы? - донеслось справа.

В раздавшемся голосе я узнал Арбузову. Итить-колотить! Как она-то тут очутилась? Я повернул голову и округлил глаза. Лидочка не просто возлежала рядом со мной на разложенном офисном диване. Она была голой! Почти полностью! И ее дыньки распластались прямо возле меня… А я тоже был гол как сокол! Мать же перемать!

- Это я, Лидия, - прохрипел в ответ и, предприняв попытку подняться, понял, что это непосильная задача. - Отвернись, - скомандовал секретарше. - Сейчас я встану и оденусь, а после устроим с тобой морнинг брифинг на двоих для обсуждения, какого хрена мы проснулись на заре в таком виде.

С трудом поднявшись, я попытался идентифицировать свое состояние. Возникало ощущение, что я выпил вчера минимум литровую бутылку крепкого пойла. Но я ведь не притронулся к алкоголю ни на грамм!

- Мммм, - стонал, когда каждое, даже самое безобидное движение отзывалось в голове вспышками боли.

- Мне ужасно хочется пииииить, - вяло протянула Лидия, даже не пытавшаяся прикрыться.

Подойдя к шкафу, я выудил из него непочатую упаковку грейпфрутового сока. Наверно, нужно было побыть джентльменом и предложить напиток сначала даме, но я открыл коробку и присосался к ней с такой жаждой, что тут же ополовинил.

С дивана послышался новый стон и судорожное сглатывание.

- Пей, Лидия, - вернулся я к секретарше.

Отдал ей сок, после чего начал быстро одеваться под звуки причмокивания и прихлебывания, с которыми Арбузова набросилась на упаковку.