Итак, через десять минут, растрепанные, ничего не понимающие и уже даже не смущающиеся от того, что видели друг друга во всех подробностях, мы сидели на несчастном диване и не могли осознать, что же таки стряслось.

Я мог заподозрить Лидию в том, что это она провернула операцию по соблазнению меня, после чего мы и очнулись вдвоем в обнимку, однако Арбузова была настолько растерянной, что я не сомневался в ее искренности.

- Давай попробуем восстановить картину вечера, - сказал я, пытаясь уловить какую-то мысль.

- Давайте, - кивнула секретарша. - Вчера вы попросили меня немного задержаться, так как собирались закончить одно дело… У вас должна была быть встреча онлайн с партнером. А после вы планировали ехать домой.

На удивление Лидия стала приходить в себя первой. Вон как бодро отрапортовала все, о чем помнила. Вспомнил и я. Ударил себя по лбу. Точно! Я же собирался к Цветочку! А она ждала меня и… не дождалась.

- Я ведь вчера не пил? А ты? - потребовал я ответов на вопросы от Лидочки, что выглядела так, будто ее вот-вот могло стошнить.

Я и сам испытывал чувство, что меня мутит и это закончится чем-нибудь плохим. Черт, да я такого ни разу даже с жестокого похмелья не ощущал!

- Кофееее, вы пили кофе, я тоже сделала себе чашечку, потому что очень хотелось спать. Коля… он не дает мне покоя по ночам…

Она сказала это и приложила ладонь ко рту. У меня к горлу тоже подступил противный спазм. При воспоминании о крепком горьком напитке, принесенном вчера Арбузовой, захотелось бежать к белому другу.

Посмотрев один на второго с пониманием и взаимной жалостью, мы с Лидочкой одновременно подорвались с места и устремились в уборные. Благо в офисе у нас туалетов было с избытком.

Еще немногим позже, знатно прополоскавшись, я стоял в приемной и ждал Арбузову. Уже успел созвониться с тем, кто, как и мы, не спал в такую рань. А именно со спецом, выслушавшим мой путаный рассказ и отдавшим указание немедля ехать в лабораторию и сдавать кровь.

Потому что, судя по всему, нам что-то подсыпали в кофе. И я прекрасно представлял, чьих рук это может быть дело…

Через пару часов, отвезя Лидию домой и получив заверения, что ей уже лучше и она прибудет на работу сразу же, как примет душ и переоденется, я входил в свой офис. Испытывал при этом такие кровожадные желания, что оставалось лишь удивляться самому себе. Так-то я и мухи не способен был обидеть, однако в последнее время меня доводили до бешенства с завидной регулярностью.

Дополнительной каплей в переполненной чаше моего терпения стала картина, которую я застал, едва войдя в кабинет, где трудилась Алина.