Вице–инспектор криминальной службы Ларс Бьёрн со своей стороны всегда поддерживал должную температуру в их прохладных отношениях.
— Ну, Карл, как у тебя там внизу? Успел уже разобраться с очередностью дел?
— Можно сказать, что да. По крайней мере, с теми из них, которые до меня дошли. А что тут у вас делается? — спросил Карл, ткнув пальцем себе за спину.
— Да уж, тут действительно есть о чем рассказать! — Подняв брови, Маркус поправил Пизанскую башню — так подчиненные прозвали громоздившуюся у него на столе стопу из только что поступивших папок. — При таком количестве дел потребовалось образовать еще две новые следовательские группы.
— Взамен моей? — криво усмехнулся Карл.
— Да. Прибавив к ней еще две.
Карл хмуро сдвинул брови:
— Три группы. И откуда же, черт возьми, взялось на них финансирование?
— Из дополнительных ассигнований в результате перерасчета, произведенного в связи с реформированием. Ты же понимаешь!
— Понимаю ли я? Откуда мне, черт возьми!
— Ты пришел с каким–то определенным вопросом?
— Да. Но, пожалуй, это может и подождать. Сначала мне надо кое–что узнать. Зайду попозже."
"Все знали, что многие представители партии консерваторов связаны с деловыми кругами: они выступали дружным фронтом и действовали так, как было угодно организациям промышленников. Но эта партия, имея самую отлаженную систему поддержки, бог весть по каким причинам всегда привлекала в свои ряды деятелей из состава армии и полиции. Сейчас, насколько было известно Карлу, в числе депутатов Риксдага имелось по крайней мере двое таких. Один был ловкач, для которого служба в полиции являлась лишь способом проскочить впоследствии туда, куда ему надо, зато другой — порядочный старый вице–комиссар криминальной полиции, знакомый Карла по службе в городе Рандерсе. По своим убеждениям он не относился к рьяным консерваторам, а просто был родом из того округа, от которого его выбрали, к тому же работа в Кристиансборге неплохо оплачивалась. Поэтому Курт Хансен из Рандерса согласился баллотироваться в фолькетинг от Консервативной партии и в качестве члена комитета по вопросам права стал для Карла лучшим источником информации из области политики. Курт говорил не все, что знал, но легко заводился, когда попадалось какое–то интересное дело. Карл и не догадывался, сколько любопытного узнает из разговора с ним.
— Господин вице–комиссар Хансен, я полагаю? — сказал он, услышав знакомый голос в телефонной трубке.
В ответ прозвучал добродушный басовитый смех:
— Что поделаешь, Карл! С тех пор много воды утекло. Страшно рад слышать твой голос. Говорят, тебя ранили.
— Пустяки, Курт. Ничего страшного. Я жив и здоров.
— Двоим твоим товарищам потяжелее пришлось.
