– Хотя-я-я… Не уверена, что это можно считать везением, потому что мои новые купальники так мало скрывают, что ты взвоешь, как только мы окажемся на пляже.
– Или утащу тебя в воду и сделаю свое грязное дело, – кусает меня за ухо этот фантазер.
– А сына куда денешь? – спускаю его с небес на землю.
Брови Паши тут же хмуро сдвигаются.
– Про это я не подумал. Ладно, дотерплю, пока не вернемся в наше бунгало.
Он ерзает, устраиваясь поудобнее и продолжая обнимать меня, а я тихонько вздыхаю, тоже невольно начиная блуждать пальцами по его скульптурному торсу. Преступно быть таким красивым! Как я могла игнорировать все это великолепие перед своими глазами большую часть жизни?
– Разве тебе не нужно на работу завтра? – пытаюсь быть ответственной, потому что так и хочется заменить свои пальцы губами, но тогда мы еще долго не ляжем спать.
– Нужно, – подтверждает Паша. – Но сон для слабаков, кому он нужен? Мне так хорошо сейчас, не хочу спать.
– И я, – признаюсь тихонько, млея от удовольствия после его слов.
Паша пахнет собой и немного потом – мой новый любимый аромат. Зарываюсь лицом в его шею и глубоко вдыхаю, чувствуя покалывание в глазах и надеясь, что меня не пробьет на слезы. Счастья. Потому что даже самой малости от него мне сейчас достаточно, чтобы почувствовать себя на седьмом небе.
– Серафима, – запуская пальцы мне в волосы и крепче прижимая к себе, бормочет он. – Ты настоящая ведьма, знаешь это?
– Нет, с чего бы? – хихикаю удивленно, целуя его теплую кожу под своими губами.
– Вот поэтому! Стоит тебе сделать одно маленькое движение или как-то так вздохнуть, да даже посмотреть на меня – и все! Считай, я пропал.
– Как много комплиментов от тебя сегодня. А ну признавайся, что тебе нужно? – привстав, подозрительно смотрю на него, но на лице Паши только глупая влюбленная улыбка, в которую я не могу себе позволить пока поверить.
Может, мне только кажется и, на самом деле он не смотрит на меня так, словно я само совершенство. Страшно довериться самой себе, потому что в одном мама права – влюбленные люди многое способны придумывать в своей голове.
– Знаешь, что? – внезапно становится серьезным Паша, перекатывая меня на спину и нависая надо мной. – Есть кое-что, о чем я думал сегодня. Не хочу пережевывать это в своей голове, ты же меня знаешь, я предпочитаю сразу действовать, поэтому скажу прямо.
Его глаза внимательно меня изучают, но он не выглядит встревоженным или неуверенным, скорее взволнованным, так что я не напрягаюсь в ожидании плохой новости, а просто с любопытством жду, что же еще выдаст Паша.
– Ну и? – подталкиваю его, потому что он внезапно замолкает.
– Я люблю тебя.
Глава 38
Глаза Фимы так шокировано округляются, словно я сказал что-то безумное.
