Я смотрю в зареванные глаза и, блядь, просто не знаю — размазать ее по стенке здесь или закопать. Идиот ты, Смолин. В тридцать восемь, и так попасться.

— Тебе лет сколько? — от вышедшей из-под контроля злости и изумления я перехватываю пальцами ее скулы и с силой сдавливаю. — Быстро отвечай. Предупреждаю: соврешь — хуже будет.

— Двадцать три, — лепечет девчонка. — У меня в сумке права есть. Могу показать.

Совершеннолетняя. Тогда я вообще ни хрена не понимаю… Двадцать три, красивая, сексуальная… и девственница? Я, конечно, девчонок всего лишь пару раз в жизни рвал, и очень давно, но ощущения ни с чем не спутаю.

Уверен, если вытащу член из нее — увижу на одеяле кровь.

— Тогда чего ты ко мне полезла? Сверстники не катят?

— Может, мне мужчины постарше нравятся, — дрожащим голосом отвечает Липучка. — Дело сделано уже. К чему сейчас вопросы?

Даже ржать охота. Использовала меня, чтобы от надоевшей девственности лишиться, коза малолетняя. И правда, к чему сейчас вопросы? Восемнадцать ей есть, член у меня, что удивительно, все еще стоит, встреча проходит полюбовно.

— Правильно говоришь, — соглашаюсь.

— Ну раз ты такая смелая — терпи.

От высоты крика у меня закладывает уши, когда я возобновляю движения внутри нее. Сдерживаться не пытаюсь — пусть получает то, что заслужила. Девчонка жмурит глаза и мечется головой по подушке. Пусть скажет спасибо, что я ее за такое раком не поставил, — все-таки для первого раза не самая лучшая поза.

— Что, вот так тебе нравится сексом заниматься? Когда партнерша не получает удовольствия? - Липучка заглядывает мне в глаза и, сморщившись, впивается зубами в плечо.

Невероятно. Еще и на мужскую гордость мне давить пытается, Лолита недоделанная.

— А ты думала, я тебя отпущу? Попользуешься мной как вибратором и выключишь? Среди сопляков своих ищи такого идиота.

Но вот это ее «партнерша не получает удовольствия» — конечно, для меня вызов. Потому мои любовницы без оргазма не уходят — это, скорее, вопрос принципа. К тому же будет приятно увидеть, как Липучка кончает.

Приподнявшись на локте, я проталкиваю руку между нами и вновь надавливаю ей на клитор. Глаза Яны испуганно распахиваются, ресницы начинают трепетать. Конечно, она кончит.

Физиологию никуда не деть — молодая, отзывчивая.

— Хватит…

— Хочу посмотреть, как ты кончаешь, лживая девочка Яна. Или ты и этого еще не делала?

Ответ мне узнать не удается, потому что она вновь закусывает губу и с силой жмурится. Хлюпающие звуки под моими пальцами не дают сомневаться, что она мне поддается. И от этого я испытываю странное наслаждение.

— Боже… Боже… Боже… — ее тонкие пальцы стискивают мою шею так, словно хотят задушить, а тесные стенки влагалища бешеной пульсацией сдавливают член.