– В каких отношениях Вы состояли со Стасом Шалаевым, похитителем Вашей жены?
– Я не позволил ему осуществить рейдерский захват компании своего друга. Мои действия были санкционированы руководством фирмы.
– У защиты есть договор о сотрудничестве, где указаны разрешенные способы действий «Тени» на территории организации Воронкова, и видео! Позвольте?
Мой адвокат уносит свой планшет с записью того, что происходило в кабинете у Ворона.
– Оружие, которое Шалаев забирает у обвиняемого, зарегистрировано и является травматическим, а не огнестрельным, – поясняет адвокат. – Результаты экспертизы здесь.
Оставляет на столе бумаги.
И череда свидетелей…
Это дело никак не развернуть против меня!
– Вот документы о госпитализации Волковой. Жена моего клиента в положении, он был вынужден действовать так. Справки…
Чо?..
Я перевожу взгляд на Софью. Не смотрит на меня. Чуть заметно улыбается…
Это правда?!
И я в ауте, не слышу ни слова из происходящего. Мои эндорфины опять расшалились!
Софья беременна?! У меня будет еще один Волчонок?!
Тру лицо руками, пытаясь прийти в себя и стереть с лица неуместную улыбку.
Не получается…
* * *
– Прошу вызвать свидетеля обвинения Елену Ганову.
Ооо… Леночка!
И к моему обвинению добавляется статья сто тридцать седьмая: «Нарушение неприкосновенности частной жизни».
– Как можете прокомментировать показания свидетеля?
– Барышня фантазирует! Роман попросил меня об услуге, никак не касающейся Гановой. Я проверял информационную безопасность его коммуникаций. Было несколько прецедентов вмешательства. Чтобы не беспокоить гостей, мы были представлены как родня. И этот ролик попался мне случайно. Я счел важным осведомить его. Всё.
– То есть, Вы не вскрывали аккаунты Елены Гановой?
– Нет. Я не занимаюсь хакерством и другими видами незаконной деятельности.
– Ну, да… – вздыхает судья.
Вопросы, ответы. Вопросы, ответы… Пока все гладко и по сценарию.
– Пригласите свидетеля обвинения Ростовцева Семёна Ефимовича.
Это кто еще такой?!
Кит, Ментал, девочки, мой адвокат, я – все оглядываемся. В зал входит очень пожилой мужчина. Он кажется знакомым. Но я не могу вспомнить.
Та-а-ак… Где я светанул?
– Семен Ефимович, Вы бывший хирург?
– После инсульта – да. Подвижность пальцев уже не восстановить. Да и возраст…
– Где Вы были двадцатого сентября?
– Проходил лечение в больнице, в неврологическом отделении. После инсульта.
Ооо!!! Вот где я его видел! Этот тот старик у стены, который без сознания…
Нет, Волк! Он был в сознании!!
– Вы можете передать суть разговора подсудимого и неизвестного мужчины у кровати Вашего соседа, коим являлся…
Я быстро соображаю. Если он слышал все и дословно сможет пересказать, моя ситуация сильно ухудшится!
Мы с Раисой встречаемся взглядами.
