Появилось после моих откровений.Жалость? Сочувствие? Что бы это ни было, меня оно раздражало. Я отвернулась от охотника и наткнулась на взгляд Аккеро. Следователь развалился в кресле, закинув ногу на ногу, и снова откровенно любовался мной. Тьен прихватил зубами мою ладонь.
«Не смотри на него так. Ты юная леди восемнадцати лет от роду. И если уж не падаешь к его ногам, то хотя бы наивность почаще изображать не забывай».
Я послушно опустила взгляд, стала рассматривать гладкую черную шерсть пса и рыжие подпалины на морде."
"Ждать было довольно скучно. Отряды не пробыли внизу долго, и я тщательно рассматривала гербы школ и пыталась их запомнить. Тут же я обнаружила, что пятьдесят очков получает только первая команда, которая вернулась из подземелий. Второй доставалось уже двадцать пять. Многие возвращались в крови. Отряд столичной академии тоже вернулся первым. Долговязый мальчишка был покрыт кровью с ног до головы, но уверенно шел впереди.
Я оглядела своих спутников. Аккеро столь открыто наслаждался возможностью быть рядом, что у меня пропало всякое желание к нему обращаться. Прежде чем я успела обернуться к Святому, Тьен сообщил:
«Его зовут Варието Рускас. Его отец – Первый советник короля».
Да, птичка высокого полета. Утереть нос этому будет трудно. В этот раз нам достался достойный противник. Мне показалось, что эльфы вокруг были слегка удивлены тем, что оба отряда из Нуамьенна вышли первыми в своей двойке. Пока остальные команды проходили испытание, слуги разнесли легкие закуски и прохладительные напитки. Свою порцию я на всякий случай сначала сунула под нос Тьену, и только потом отправила в рот. Аккеро усмехнулся:
— А ты осторожна.
— Травиться мне не понравилось, – с милой улыбкой сообщила ему я. – И последующее лечение - тоже.
— Эльфийская магия неприятна? – удивился он.
— Магия – нет. А вот носители этой магии...
Я брсоила многозначительный взгляд в сторону ложи Дэ-Хоя.
— Вижу, встреча с отцом не оправдала ваших ожиданий, – деликатно заметил следователь и отхлебнул из своего бокала.
— Не то слово, – призналась я.
Не то чтобы я идеализировала остроухих. Но встреча с Кианфуном показала, что у некоторых, все же, есть сердце.
«Юнфун Дэ-Хой оставил этот браслет твоей матери, – напомнил Тьен. – Возможно, у него тоже были благородные побуждения».
Мне в это верилось слабо. Но причин отдавать браслет я не видела. Кроме того судя по рассказам Шона и Винсента, Амалия Гемхен носила его на виду и даже не подозревала о ценности этого предмета.
Только тут я поняла, что с нами больше нет Ян-Лина. Это было странно, он должен был сопровождать нас. На этот раз я рискнула с милой улыбкой обратиться к Аккеро:
— Где господин Ян-Лин?
Тот неопределённо пожал плечами:
— Ушел.
