Пес проскользнул между ветвями и вырвал кусок рукава у золотоволосой эльфийки, оцарапав клыками ее руку. Дальше я не смотрела – передо мной снова был тот самый мальчишка. В глазах эльфеныша светилась ярость. Он бросил товарищам что-то на своем языке, и мы скрестили клинки. Похоже, он попросил остальных не трогать нас. Или мои товарищи успешно не позволяли другим остроухим вмешаться. Но какое-то время мы остервенело сражались. Учитывая, что у нас были совершенно разные клинки и школы, битва выглядела немного нелепой. Точнее, она и была бы нелепой, если бы вместо меня клинком махала восемнадцатилетняя девочка, а не рибенка, которая прошла войну.
Волна воспоминаний накрыла меня с головой. Тело, которое я неустанно тренировала эти месяцы, с готовностью исполняло все, что требовал разум. Бессчетное количество раз я скрещивалаа клинки с остроухими. Конечно, тогда в них жил дух. Пробужденный дух. Но оружие учителя Соджи верно служило мне и без этого. И сейчас я была в бешенстве, и я хотела мстить. За Тьена. За все проблемы, которые я получила из-за эльфийского браслета.
Схватка вышла яростной и короткой. Сначала он ухмылялся. Особенно в тот момент, когда я поддалась и кончик его меча слегка коснулся моей щеки. Он почти не оцарапал меня – зеленый свет лишь на мгновение окрасил мир. Боль была такой, будто мне под ребра вогнали клинок. И, вопреки ей, я успела самое главное – позвать спящего духа.
Возможно, у эльфов , и правда, быстрее заживают раны. Потому что ощущения тут же исчезли. Но дух, спящий внутри катаны, услышал и откликнулся. Лезвие наполнилось зеленоватым свечением, которое почти не было заметно при свете дня, но хорошо ощущалось другими эльфами.
Три точных, сильных удара. Я выбила клинок из рук эльфеныша, и увидела, как презрение на его лице сменяется недоумением. Наверное, он здесь считался лучшим, и остроухому никогда еще не случалось получать по шее. А я была настолько зла, что совершенно не собиралась отступать. Дух, не получив подпитки моей силой, снова заснул. Дальше я могла полагаться только на другие виды магии."
"Золотой свет затопил поляну, и вокруг меня из земли проклюнулись толстые шипастые побеги. Шипы росли на глазах, и это было по-настоящему опасно. Любая царапина могла выдать меня. Золотой свет в очередной раз проснулся сам. Я не успела и глазом моргнуть, как оказалась в кольце бамбуковых стеблей. Я рухнула на колени, слабость и тошнота снова накатывали волнами. Я чувствовала, что противостояние перешло на уровень чистой силы – шипастые ветви давили на бамбук снаружи. Я не могла подняться на ноги, но эльфийская магия продолжала оберегать меня. При этом мне было так плохо, что в голове не осталось ни одной мысли.
