А потом, «заткнись» — это так невежливо. Нужно говорить: «Помолчи, Стас, пожалуйста!» И я всегда пойду вам на встречу…
— Да, не молчу я!!! — взвыл лорд. — Я не могу вставить ни слова в нашу так называемую беседу.
— А-а-а! Так вы все-таки хотите меня поприветствовать, как полагается настоящему отцу невесты, да? — обрадовался Погодин.
— Нет! — взревел Кебрим.
— Как? — и в голосе Погодина появилось так много грусти и удивления одновременно. — А зачем же вы тогда меня так бесцеремонно прервали?
— Пошел вон отсюда! — выпалил озверевший лорд, указывая на дверь.
— Нелогичные у вас поступки, отец! — в камере появилась рука Погодина. Он взял из вазы на столике экзотический фрукт, разломил пополам и часть протянул главе Темного Круга. — Хотите? — спросил Стас и тут же наигранно воскликнул, — ах, да! У вас же маска. С ней разве поешь. Так я о чем толкую, — послышалось характерное чавканье, друг явно смачно вгрызся в спелый плод, и несколько капель сока даже попало на камеру, — не сам я сюда пришел, вы меня позвали. Ничего не сказали, а теперь выгоняете. Вам что, даже ни капельки не интересно какого достойного, мужественного и неповторимого мужчину выбрала себе в мужья ваша единственная дочь?
— Крейб! — заорал лорд, сжав руки в кулаки.
— Слушаю, Господин! — появился из ниоткуда коротышка.
— Вызови охрану, и пусть выведут этого наглеца!
— Я бы на вашем месте этого не делал, — ровно произнес тангир Элвэ. — Выдворить из собственных апартаментов зятя, которого сами позвали, не самое лучшее решение. Это может спровоцировать скандал.
— Меня не пугают мелкие скандалы! — гордо заявил Кебрим.
— Нисколько в этом не сомневаюсь, — согласился с ним Дарин, — но в этом случае вы вынуждены будете покинуть Кхарму немедленно, даже не начав мирные переговоры.
Такой исход дела был не по душе Великому лорду. Он махнул рукой, и слуга в ошейнике также внезапно исчез, как и появился.
— Чего ты хочешь, землянин? — устало спросил Кебрим.
— Вот это уже другой разговор… папа! — ответил Погодин Великому лорду. — Моя жена, ваша дочь желает поговорить со своей матерью.
— Только в моем присутствии! — голос Кебрима звучал очень раздраженно.
— Без свидетелей! — настаивал на своем Стас."
"— Хорошо, — вздохнул Великий лорд, — завтра, в комнате переговоров, охрана подождет за дверью, но с одним условием — ты не попадаешься мне на глаза до окончания переговоров и моего отлета с этой планеты!
— Принимаю ваше условие, папа! — Погодин веселился.
— И никогда, слышишь, никогда не называешь меня «папа»! — зашипел Кебрим.
— Это уже второе условие и оно неприемлемо. Для этого вы, как минимум, должны сделать что-то еще!
— Воооооооооон! — заорал взбешенный высокий гость.
— Не стоит так шуметь.
