События этого дня порядком утомили, и очень хотелось, пусть ненадолго, пристроить свою пятую точку, которой на сегодня уже хватило всевозможных приключений.
— Это не займет много времени, — вид у эленмарского красавчика был, прямо скажем, не очень — волосы всклокоченные, весь какой-то дерганный, ни секунды не стоит на месте.
— Валяй, — вяло отозвалась, — только по быстрому.
— В общем, я извиниться хотел и за себя и за сестру…
— Ну, ты, на мой взгляд, ни в чем не виноват, а Анвен просто плохо воспитана, — улыбнулась эленмарцу, — хотя это по земным меркам, у вас могут быть другие критерии оценки ее поведения.
— Нет, — покачал головой эльф, — она вела себя непростительно, особенно в присутствии мудрой, пожилой фаэры. И еще… Аля, я предупредить хочу…
— О чем? — усталость взяла свое, и мне пришлось присесть прямо на низкий подоконник.
— Энфина нашего рода… Ее не стоит сбрасывать со счетов. Энель Беллим всегда добивается своего, во что бы то ни стало, а особенно рьяно добивается, если чего-то хочет Анвен. Ведь она надежда и будущее нашего рода.
— И чего же хочет Анвен?
— Скорее кого. Анвен хочет Дарина Элвэ.
— Пусть попробует его получить, — криво усмехнулась, глядя на эльфа.
— От мужчин такой выбор не зависит… — как бы извиняясь, ответил он.
— Фин, как вы это все допустили? — не выдержала я.
— А что нам оставалось? Ты просто никогда не видела, как умирает воин, не нашедший своей пары, — он склонил голову, а мне стало чертовски жаль эленмарских мужчин… всех… и даже Фингорма Беллима. Нет, его особенно. Потому что прожить всю жизнь в террариуме среди ядовитых змей и змеек это, знаете ли, дорогого стоит. При этом, кажется, он не растерял самого главного — порядочности и доброты.
Я поднялась, подошла к ничего не подозревающему эленмарцу, который стоял ко мне спиной и… обняла его. Фингорм и так был неподвижен, а ощутив мое прикосновение, застыл, как соляной столб, напрягся весь.
— Это я не тебя сейчас обнимаю… — чуть слышно прошептала, не разжимая объятий.
— А кого? — опешил он.
— Всех мужчин вашей многострадальной планеты. Жалею я вас, вот что.
Послышался странный звук, а затем кашель. Поперхнулся он что ли? И чего так трясется… Ржет! Да, он просто надо мной ржет! Объятья разжались тут же, а в душе… там уже зрел план мести несчастным эленмарцам от не в меру сердобольных землянок.
— Прости, Аль, — отсмеявшись, просипел Фингорм, — вы — землянки…
— Что мы? — зло посмотрела на эльфа, который все еще улыбался, глядя на меня.
— Вы, землянки, ни на кого не похожи! Вы непредсказуемые, вас просчитать нереально.
— Все земляне такие, не только землянки. Такова уж наша природа, — вздохнула я, запихав мысли о мести отдельным представителям Эленмара поглубже, а жалость, наоборот, вытащила поближе.
