Но радоваться не получалось. Наоборот. Хотелось лечь и умереть где-нибудь между третьим и четвертым этажом. «Берегите лифт, лифт сохраняет ваше здоровье!» — написано на приклеенной к стенке лифта инструкции по пользованию. Под этой идиотской фразой я готова подписаться обеими руками. Лифт заботится о моем здоровье, как никто другой на свете, это точно.

На старой квартире не было и домофона. Зато был небольшой оптовый рынок — рядом, за углом. Рынок возле дома — это в высшей степени здорово, когда большая часть зарплаты уходит на съемную квартиру, а на меньшую часть надо как-то жить.

На оптовом рынке можно недорого закупаться стиральным порошком, колготками, маслом на развес, сахаром на три рубля дешевле, чем в магазине, замороженной рыбой и мясом. Но все имеет свою оборотную сторону. Была, как говорится, и темная сторона рынка. Свалка из ящиков, коробок, гниющих овощей, мимо которой я каждый день шла на работу и с работы (летом, в жару, приходилось зажимать нос платком, чтобы не чувствовать вони). Бродячие кошки и собаки, во множестве пасущиеся вокруг этой импровизированной свалки. Торговцы, устроившие туалет у нас под окнами. Прикормленные бомжи, которых по зиме то и дело обнаруживаешь в подъезде.

С учетом того, что у нас не было лифта, а лампочки на лестнице то и дела перегорали (или просто кто-то их тырил, не знаю), отдельное удовольствие — это возвращение зимой с работы. Шуба отсырела и весит сто пудов, сумки оттягивают руки, от усталости с ног валишься. Идешь и натыкаешься впотьмах где-нибудь между третьим и четвертым этажом на вонючего пьяного бомжа, который притомился на улице и пошел в подъезд поспать в тепле. Споткнешься об него, так он тебя же еще и обматерит.

Поначалу я сама пыталась растолкать и выпроводить бомжей из подъезда, потом стала просто вызывать милицию. Звонила и говорила: у нас в подъезде мертвый человек. Скажешь, что пьяный, — до завтра их не дождешься. А на труп приезжают как миленькие в течение десяти минут.

Еще одна прелестная особенность жизни без домофона по соседству с рынком — ходоки и коробейники. Они регулярно бродили по подъезду, звонили во все двери. То цыгане явятся — налей ребенку водички попить, то оптовики под конец рабочего дня пытаются реализовать нераспроданный товар.

Нам предлагали картошку мешками, мед, сахар, яблоки… Я боялась, что коробейники напугают или обидят Сашку, и строго-настрого запретила ей отпирать дверь кому бы то ни было. У меня есть ключ, ее гости пусть от двери звонят на мобильный. С Сашкой в итоге все было в порядке, но однажды здорово напугали меня.

Была зима, вечер. Почему-то я вернулась с работы довольно рано и принялась готовить ужин. Сашка поехала в бассейн и должна была вот-вот вернуться. В дверь позвонили.