Чеченец. На разрыв (СИ)

Я понимала, что здесь меня ненавидят, что я чужая среди них. Но слова Марата эхом звучали в моей голове – если я уйду, меня убьют как свидетеля, человека, который много знает. Чтобы выжить, мне нужно было оставаться в доме Марата, играть по его правилам, притворяться. Но как мне это делать? Я была так далека от умения скрывать свои чувства, от игр и интриг, которые, казалось, были обыденностью для этого дома. Каждый день здесь становился испытанием, каждый шаг – борьбой за выживание. И в этой борьбе я была совершенно одна.

Стоя в тени коридора, я продолжала слушать разговор, каждое слово которого было для меня ударом.

- Эта женщина не станет матерью Шамилю. Она вообще никем не станет. Это ненадолго. Внук поиграется и уберет ее... – слова Зулейхи были полны презрения и уверенности в том, что мое присутствие здесь – лишь временное. Мужской голос спросил:

- Как Мадина восприняла это?

И ответ Зулейхи заставил меня замереть:

- Ужасно, бедная девочка проплакала всю ночь, я не отходила от нее. Марат поступил ужасно... ведь был договор. Мы с детства знали, что они поженятся. Разрушил ее мечты…придется искать жениха и выдавать замуж.

А ведь мы ждали ее совершеннолетия. Я стиснула кулаки и закусила губу, пытаясь сдержать слезы. Так вот что... Мадина, двоюродная сестра Марата, должна была стать его женой. Сколько же еще врагов у меня здесь, в этом доме? Внезапно Зулейха вышла из-за угла и увидела меня. Ее глаза округлились от удивления, а я, не зная, как себя вести, склонила голову и тихо произнесла:

- Доброе утро, бабушка, - глядя в пол. Мне было тяжело смотреть ей в глаза, зная, что она видит во мне не человека, а преграду на пути к счастью ее внучки.

В этот момент я ощутила себя еще более одинокой и ненужной, чем когда-либо. Мне хотелось убежать оттуда, скрыться от всех этих взглядов и слов, но я понимала, что мне некуда бежать. Я была поймана в ловушку обстоятельств, из которой не было выхода.

Зулейха возвышалась надо мной, и я чувствовала её властное присутствие каждой клеткой своего тела. Её оливковые глаза смотрели на меня с непроницаемым выражением, губы были плотно сжаты. Когда она, наконец, произнесла"

"- Доброе утро, в её голосе звучала едва уловимая нотка раздражения.

На её руках лениво расположилась толстая черно-белая кошка, которая безразлично осматривала окружающих. Не зная, как правильно себя вести, я инстинктивно протянула руку и начала чесать кошку за ушами. Животное приоткрыло один глаз и уставилось на меня.Ее глаза были ярко-желтого цвета, очень хитрые. Но у меня с детства слабость к кошкам. Я обожаю животных. Любых. Любое живое существо вызывает во мне умиление. На мгновение в комнате воцарилась тишина. Управляющий и Зулейха замерли, наблюдая за происходящим.