Пусть они и представляли его иначе, пусть это был приказ самого генерала, но ему в очередной раз выпало стать жертвой… Как всегда… Ему это с детства было предначертано.

– Сделай это ради генерала, ради тебя самого, ради нашего дела, – произнес один из троих.

Он почувствовал, как по щекам побежали горячие соленые слезы. Эти слезы говорили, что жизнь поцеловала его в последний раз. Он не стал их вытирать, просто широко улыбнулся. Улыбнулся этой суке жизни. И всем этим идиотам. Улыбнулся смерти… Улыбнулся блаженной улыбкой малодушного дурака, которым он, в сущности, и оставался.

– Ты ведь не хочешь, чтобы эти мерзавцы выиграли войну, правда, Лемаршан?

Да не вопрос. Адамово яблоко на шее в последний раз дернулось вверх, потом вниз, и он нажал на курок. В голове полыхнул ослепительно-белый свет. Первый свет за такое долгое время…

* * *– Приступим, майор; читайте по бегущей строке…

В этом видео

я хочу сказать правду.

Это я убил Кевина Дебрандта.

Это я преследовал

Мусу Сарра в лесу.

Моего сообщника зовут

Серж Лемаршан.

Теперь, когда правосудие свершилось,

я могу уйти с миром.

Я хочу сказать всем, кого я люблю,

Что…

61

– Никто на эту удочку не попадется.

– Это еще почему? – сказал Рафаэль Кац. – Ты что, думаешь, когда у них будет двое обвиняемых, видео, где ты сознаешься в своих преступлениях, когда они узнают, что Леа хотела тебя бросить и уехать в Африку, они станут еще где-то кого-то искать? Уж ты-то должен знать, как это работает.

Вот гады, они прослушивали квартиру.

– Двое обвиняемых?

– Серж Лемаршан, он только что покончил с собой.

Господи…

Они шли через парк. Капля дождя упала ему на голову, потом еще одна. Большая и холодная. Снова начинало накрапывать.

– Моя группа не удовольствуется этой версией. В «охоте» принимали участие и другие люди.

– Их никто никогда не найдет, учитывая, что те двое, что могли заговорить, будут мертвы… А что до твоей группы, так ее лишат полномочий и отстранят от дела. Не забывай, что ты обвиняемый.

Он вгляделся в лицо Каца.

– Зачем? – спросил он. – Почему ты это делаешь?

– Потому что так надо…

Так вот, значит, чем дело кончится.

"Вдруг генерал, который шел впереди, резко остановился и застыл на месте. Подняв кверху нос, он потянул в себя влажный воздух, как охотничья собака, которая, что-то почуяв, сделала стойку.

– Идите дальше, – сказал он, – я кое-что забыл.