Он был знаменит не только в Москве, но и в Грузии, откуда был родом, и даже за границей, где его привечали за близость к московскому мэру. Он умер… Когда же он умер? Клавдия точно не могла вспомнить, когда именно, но что-то недавно, и на его похороны в Тбилиси съехалась уйма знаменитостей – от Ростроповича с Вишневской и до Эрнста Неизвестного.
– Ну и что? – спросила она вяло. Шок все еще не отпустил ее. Андрею было ее жалко. Он знал, какой шок ей еще предстоит испытать.
Они сидели на кухне у него дома, куда он сразу же отвез Клавдию, поручив Игорю отправить задержанного на Петровку.
Андрей вздохнул.
Он еще будет проклинать себя за то, что чуть было не опоздал, что примчался вовремя чисто случайно, что еще пять секунд, и Клавдии Ковалевой не было бы на свете.
И еще он знал, что скорее всего потерял ее. Но пока он должен был все ей рассказать.
Он сел напротив нее, придвинулся поближе и стиснул коленями ее ноги.
– Илларион Джапаридзе был твоим отцом, – сказал он.
Клавдия медленно подняла на него глаза.
– Ты что? – спросила она. – Заболел?
– Илларион Джапаридзе был твоим отцом, – повторил Андрей терпеливо. – А у тебя был брат, Сергей Мерцалов. Вас отдали в разные детские дома после смерти вашей матери, Нины Дашковой, которую Илларион любил. Она работала в издательстве, где выходила книга его рисунков, и он ее… полюбил. Тебе было два года, а Сергею – шесть, когда она умерла.
– У меня был брат? – потрясенно прошептала Клавдия. – До этого понедельника у меня был живой брат? И нашу мать звали Ниной?
– Да, – сказал Андрей. Он не мог больше на нее смотреть и поэтому поднялся и пошел в прихожую за сигаретами. – У тебя есть два племянника, семи и девяти лет. Дети Сергея. И его вдова, твоя… кто она тебе? Сноха?
– Андрей, – сказала Клавдия чужим голосом, – откуда ты все это узнал?
– К сожалению, я узнал поздно, – сказал Андрей неприятным голосом.
– Ты не опоздал, – Клавдия покачала головой. – Ты не мог опоздать…
– У Иллариона и Натальи Рогожской был сын. И он ненавидел Нину за то, что она увела отца из семьи. И сама Наталья ненавидела ее так же сильно. Ее муж был удачливый, богатый и знатный, и она никак не могла допустить, чтобы он ушел к какой-то редакторше, у которой от него были маленькие дети.
