Всё еще сонная, я, проморгавшись, присмотрелась и с удивлением обнаружила Армана, пытающегося стянуть с себя футболку и запутавшегося в ней. Хихикнув, я переползла на ту сторону кровати, где он стоял, и встала на колени, потянувшись к нему в желании помочь.
– Что это с тобой? – с любопытством спросила я, когда мы общими усилиями сняли его черную футболку. – Ты что, пьян?
Сей факт не просто удивил, он поразил настолько, что я просто лишилась дара речи. После того случая в самолете Арман ни разу себе этого не позволил, а уж о том, чтобы явиться пьяным домой, и речи не было.
– Прости, малыш, Хайсам захотел выпить и вспомнить былые времена. После свадьбы он совсем размяк… – еле ворочая языком, оправдывался муж.
Выглядел он при этом настолько милым и виноватым, что я просто не смогла сдержать смех.
– Ладно, пьянчуга, иди сюда, – потянула я его на кровать.
– Ты не злишься и не обижаешься? – спросил он, кулем падая на постель.
– Нет. Ты ведь не ребенок, чтобы на всё спрашивать моего разрешения, – усмехнулась я, начиная расстегивать его джинсы, которые он так и не снял.
– Ты такая хорошая, Оча-аровашка, – забавно растягивая слова, протянул муж. – Я тебя люблю.
– Я тебя тоже. Надеюсь только, что ты не сел за руль в таком состоянии? – с беспокойством спросила я, перелезая через него и направляясь к корзине для грязного белья.
Бросив туда его джинсы, достала из комода свою пижаму и, совершенно не стесняясь, переоделась прямо под его обжигающим взглядом.
– Меня привез водитель, – вмиг охрипшим голосом прошептал муж.
– Ты ел? – спросила я, игнорируя явно пробудившееся в нем сексуальное желание.
– Я бы съел тебя… – прохрипел он, приподнимаясь на локтях и окидывая голодным взглядом мои обнаженные ноги.
Покраснев, я поджала пальчики, почему-то занервничав. Пройдясь взглядом по его телу, прикрытому лишь боксерами, остановилась на его увеличивающейся эрекции.
– Тебя беспокоит то, что я выпил? – прищурившись, спросил он.
То, что он пьян, беспокоило меня, но я не могла ему в этом признаться. Пытаясь угадать его настроение, приблизилась к кровати.
– Чего ты боишься? – вдруг став серьезным, спросил он.
– С тобой – ничего…
Взобравшись на него сверху, я наклонилась к его лицу, решив первой начать поцелуй. Страх мигом испарился, оставляя после себя лишь желание его близости. Отвечая на мой поцелуй, Арман заскользил языком по моим губам, дразнясь и возбуждая. Он прекрасно знал, как надо действовать, чтобы свести меня с ума, и без зазрения совести пользовался этим.
– Хочу почувствовать, как ты кончишь на мне… – простонал он, отрываясь от моих губ. – Сними трусики.
Его темные глаза встретились с моими, выдавая таившееся в них возбуждение.
