Мужчина тут же напрягся, но я, взяв его за руку, приложила ее прямо к центру своего уже довольно-таки большого живота, желая установить его связь с ребенком. Со вчерашней ночи он успешно игнорировал его, но я больше не собиралась допускать подобного.
– Пожалуйста, Арман! Нам с тобой, как никому другому, известно, что значит быть нелюбимыми детьми. Не обрекай нашего ребенка на подобную участь, – со слезами на глазах взмолилась я. – Он – просто беспомощный комочек, у которого нет никого, кроме нас, в этом жестоком мире. Если не мы, то кто будет защищать его? Любить?
– Я не…
– Ты ведь любишь меня? – взяв его лицо в руки и наклоняя к себе, спросила я, не дав ему договорить.
– Ты сомневаешься? – нахмурился Арман.
– Тогда полюби и его. Полюби как часть меня. Даже если меня не станет, он будет тем, кто полюбит тебя так же, как люблю тебя я. Полюбит бесконечно и навсегда. Вы станете теми, кто поддержит друг друга. И поможет справиться с горем, если со мной…
– Ты ведь обещала, что не уйдешь! – прорычал Арман отчаянно, с паникой, просто разрывая мне сердце болью, сквозившей в каждом слове. – Я чуть не умер за эти полгода! Скучал по твоему голосу, смеху, по незабываемому аромату, присущему только тебе! Как я проживу без тебя всю оставшуюся жизнь?
– Я не хочу умирать, – чувствуя, как невольная слезинка скатилась по щеке, шепчу в ответ. – И не собираюсь! Но я должна быть спокойна на этот случай, Арман! Мой ребенок не должен повторить мою судьбу! Его отец должен любить и защищать его!"
"– Как мне всё это делать, если жизнь без тебя потеряет смысл? Думаешь, я не думал, не мечтал о наших детях?! Думаешь, легко мне было решиться дать тебе ту проклятую таблетку?! – зло и отчаянно хрипел он, пытаясь не сорваться на плач. – Но твоя жизнь всегда была и будет для меня на первом месте! Я пожертвую всем ради тебя, Эла. Не пожалею даже самого себя! И тебе придется выжить, чтобы убедиться в том, что наш ребенок не останется один, потому что, если ты умрешь, я последую за тобой.
* * *– Боже, какая ты хорошенькая! – только завидев меня, запищала Аслы.
После непростого разговора мы с Арманом провели время в молчании, думая каждый о своем, пока я незаметно для самой себя не заснула и не проспала в объятиях мужа аж до самого вечера.
– Ты хочешь сказать – большая? – пошутила я, обнимая золовку. – Я так скучала по тебе, солнце.
– Мы тоже по тебе скучали! – аккуратно, словно я хрустальная, обняла девушка меня в ответ. – Я так рада, что ты вернулась! И мой племянник или племянница – тоже!
– Я пока не знаю, кто будет, – улыбнулась я. – Он прячется. Как бы врач ни пыталась выяснить, так и не смогла, – надулась я, вновь почувствовав разочарование, охватившее меня на УЗИ.
