— Он совсем помешался, спятил! По-моему, он «позаботился» не только о Черныше и Гекторе. Он… он… убийца! — задыхаясь, проговорила она. Слезы градом покатились у нее по щекам.
— Харриет…
— Харриет умерла! — Элизабет, придя в ярость, развернулась к сэру Руфусу. — Умерла, слышите? Она умерла девять лет назад, а может, и больше!
— Нет! — Лицо Теннанта исказилось от ужаса, и Натаньел почувствовал, как ослабла его хватка. Пошатываясь, Теннант отступил, лицо его смертельно побледнело. Он дико вращал глазами.
— Это вы ее убили? — Элизабет шагнула вперед и прижалась к разбитому стеклу оранжереи. — Это вы убили мою мать и своего брата? — прокричала она.
Если Натаньелу нужно было подтверждение того, кто такая Элизабет на самом деле, теперь он его получил. Уже за одно обращение с Чернышом и Гектором Теннант заслужил порки, но если сэр Руфус в самом деле убил Харриет Коупленд и Джайлса Теннанта, как подозревает Элизабет, его надо арестовать, и пусть с ним разбираются по всей строгости закона.
— Отвечайте! — холодно потребовала она, видя, что Теннант тупо смотрит на нее. — Вы убили мою мать и своего брата?
Теннант замигал глазами; к нему как будто понемногу возвращалось сознание.
— Я любил ее. И она любила меня! Мы с ней должны были быть вместе. Джайлс встал на моем пути, и я его убил. Но потом у Харриет началась истерика; она обвиняла меня в ужасных вещах, и я… у меня не осталось другого выхода, я убил ее тоже. Разве вы не понимаете?..
— Прекрасно понимаю, — ровным тоном произнесла Элизабет, пятясь. Окровавленный камень выпал из ее рук, голова закружилась. Какой ужас!
Ее мать была не права, когда десять лет назад бросила мужа и детей ради молодого возлюбленного. И все же, возможно, потом Харриет еще могла бы общаться с тремя своими дочерьми, если бы не пала жертвой извращенной, искаженной страсти сэра Руфуса Теннанта. Если бы он не оборвал жизни Харриет и Джайлса…"
"— Вы в самом деле чудовище, — с трудом повторила Элизабет. — Жестокое, бессердечное чудовище! — Она отвернулась и увидела рядом ошеломленную, потрясенную миссис Уилсон. Ее сопровождали лакеи в ливреях. Судя по выражению их лиц, они слышали признание сэра Руфуса — по крайней мере, его часть.
В глазах у нее потемнело, и она пошатнулась.
— Натаньел! — успела крикнуть миссис Уилсон.
Он вовремя подскочил к девушке и подхватил ее на руки, Элизабет потеряла сознание.
— Неслыханно! Невероятно! — Тетку Натаньела передернуло. Они успели вернуться в Хепворт-Мэнор и сидели в гостиной. — Столько лет сэр Руфус внушал всем, что Джайлс, его брат, убил сначала Харриет Коупленд, а затем и себя! — Она горестно покачала головой.
