Озерные страсти

Даже если бы полиция связала пропавшую девушку с ним, насколько я понимаю, ее родные и, в частности, этот братец не подали заявление в полицию о ее исчезновении. А следы велосипеда? – она пожала плечами. – Так и что, человек – житель поселка и мог хоть каждый день там кататься, а накануне собирал там, не знаю, шишки, ветки, по нужде отошел с тропинки. Версия с возникшим желанием Алевтины пообщаться с его мамой накануне собственной гибели – вполне себе рабочая и весомая. Так что, если бы не вы, Антон, никто бы этого Миронина не задержал и ничего бы на него не нашли и не доказали.

– Согласен. Да меня мало волнует, что доказала бы полиция, а что нет. Если бы он не напал на Анну, я бы его, пожалуй, убрал из поселка, причем вполне мирно, просто чтобы не отсвечивал тут. Не мое дело – преступников ловить и уж тем более искать доказательства их преступлений. Но он пытался убить Анну, а это все меняет. Поэтому мы имеем его чистосердечное и полное признание. Хотя о своем капитале он мог бы легко ничего не рассказывать, как и об убийстве девушки.

Обошелся бы тем, что его шантажировал этот придурок, вымогая деньги, придумав любой повод для шантажа. Ну, покаялся бы, что нервы сдали и все такое, а потом и Алевтина, видевшая его на месте преступления, и нападение на Анну туда же. И все. Отсидел бы срок, но остался бы при своих.

– То есть вы ему все-таки помогли признаться? – ухмыльнулась Александра Юрьевна.

– Скажем так, – усмехнулся, обменявшись с женщиной быстрым взглядом, Северов: – У человека наболело на душе конкретно, и ему очень хотелось выговориться, я лишь совсем немного помог, и он почти добровольно сдал всю информацию.

– Так вы его что, все-таки пытали? – расширились у Ромки глаза от такого страшного предположения.

– Ну что ты, Рома, я большой приверженец международной конвенции о правах человека и неприкосновенности его личности. Я просто посидел рядом, задал несколько наводящих вопросов, можно сказать, вскрыл нарыв души. А дальше он уж сам с большим энтузиазмом принялся изливать ту самую свою намозоленную душу.

– И что с ним теперь будет? – Ромка вдруг осознал, что детектив, оказывается, закончился.

 – Деньги у него отберут?

– Деньги у него отберут, – подтвердил Северов. – Потому что хоть вор у вора и украл, но это не отменяет их криминальную составляющую. Осудят и дадут приличный срок.

– И что дальше? – не мог смириться с тем, что история закончилась, Ромка.

– А дальше, – посмотрел на него весело Антон, – завтра ранним утром мы с тобой едем на рыбалку. Если твоя мама захочет, то тоже присоединится к нам.